[grigor]

Сергей Шаргунов, писатель, Понедельник, 19.04.2010 11:41
Сергей Шаргунов, писатель : Вернулся из Киргизии
19.04.2010 | 11:41

Был и в Бишкеке и не только, поездил.
Напишу очерк, а пока – штрихами из блокнота.

Неприязнь к Бакиеву общая, повсеместная, неподдельная.
(Исключение – отдельные южане.)
И все же революция была стихийной, внезапной. Свалилась всем на головы.

Главная причина революции – массовая униженность бедностью и диктат правящего клана.
Бакиев, вознесенный волной первой революции, оказался в глазах кыргызстанцев – обманщиком и циничным коррумпантом, и его смыло второй, более тяжелой волной.

Накануне лидеров оппозиции арестовали.
Толпа сама одолела милицию, бронетехнику, снайперов, взяла штурмом дом правительства, парламент, телецентр. «Вот она, сучка», – сказал с экрана ТВ захватчик, показав перевернутый портрет жены Бакиева.

Большинство погибших (всего их свыше 80) – жертвы снайперов.
Те убивали самых резких, пытаясь остановить атаку на пороге зданий. И подхлестнули ярость. Люди бежали по крови, вперед.

Дом правительства выгорел до седьмого этажа.
Молодежные группки требуют сделать из этого здания Дворец Молодежи. Вокруг Дома на ограде – рукописные стихи, листовки, карикатуры (повешенный Бакиев), портреты мертвых (есть и русские лица). Ворота, взорванные гранатой, дико изогнутые, прикрывает картонка – романтичная картина с конем, всадником и голубым небом.

Милиции не видать.
На перекрестке движение регулирует девушка-киргизка, тонкая, в белом, театральная, увлеченная красотой своих взмахов.

Колонна, хмурая, впереди знаменосец, в середине пацан с мегафоном, обрастая новыми людьми, идет на телецентр.
Они орут: «Бакиев уль сун!». «Пусть умрет», – переводит мне мой друг прозаик Ильдар Абузяров.
Они недовольны, что Бакиев бежал. Они окружают телецентр, к ним выходят, выносят камеры, просят назвать ораторов, дают эфир.

Поля за городом.
Десятки мужчин сидят на корточках и бродят среди вспаханной земли – это разбойники, которые, пользуясь смутой, захватили чужую землю.

Здание парламента в центре Бишкека.
Подхожу. Знакомлюсь с камуфляжной молодежью. Гостеприимно приветливы. Прошу показать зал заседаний. Ведут в зал. Вывороченные кресла, телевизор, повисший на сопле.

Иду к Министерству Обороны.
Там Роза Отунбаева, глава Временного Правительства. В здании молодые солдаты, ходоки из разных городов, вчерашние бунтари. Вернулся из эмиграции Эдиль Байсалов, юноша с ослепительной улыбкой, интеллектуал, возглавивший аппарат Розы. Целый час пьем с Розой чай с изюмом. Она выпускница философского факультета МГУ.
Беседуем о смысле бытия и тайне человеческого восстания, о России и СССР, о силе кланов и возможности социальной справедливости. Бакиев запретил livejournal.
В интернет-салонах города в ЖЖ не зайдешь. Спрашиваю. При мне отдается распоряжение: ЖЖ вернуть. Роза называет себя «левой», а поверженный клан – «буржуинами». Что у нее получится – покажет время.

Ночь.
Стая молодежи и впереди парень с винтовкой (длиннющим винчестером) заходят в найт-клаб. Неоновый огонь высвечивает стеклянный взгляд вожака. В его движениях злая решительность.

Утро.
Американская база «Манас». Проезжаю в медленной машине, фотографирую, ответно нацелен бинокль американского военного и дуло.

А вот сожженный дом Бакиева.
И трогательная безумная надпись на стене: «Инвалиды против мародеров».

Посольство России.
Встречаюсь с послом Валентином Власовым. Тем самым, что когда-то, будучи представителем Б.Ельцина в Чечне, похищенный, семь месяцев просидел в яме. Теперь он назначен сюда. Власов – отличный мужик. Он в белой рубахе, васильковые глаза, в глубине которых – острый ум и острая боль.

В Киргизии много молодежи и много русских.
«Самая студенческая страна», – так здесь утверждают. Русский – второй государственный язык, а, по-моему, – первый. Почти все вывески на русском. Из десяти встречных двое – русские. «Хотим быть с вами в одной стране», – говорят все, с кем говорил, и киргизы, и русские. «Россия назначит нам правителя», – то тут, то там делятся надеждой. Пока тщетной, конечно, надеждой.

Впечатление от поездки в Киргизию – зыбкость мирной жизни, недостаточное присутствие какой-либо власти, близкое дыхание хаоса.
Быть может, теперь удастся сделать жизнь людей легче и избежать новой крови.

Удастся ли?