Сама по себе фраза труднопереводима вне контекста. На мой взгляд, весь припев (куплет) приведённый тобой надлежит перевести так -
(обречённо) "Кто тебе может понадобиться, кого ты сможешь полюбить когда (если) ты погубишь себя...". Но вообще-то нужно осторожнее в таких переводах. Несмотря на то, что глагол "come" здесь в Simple Present (come-came-come - но для последнего нужен " 've " или " 'd ") что-то мне подсказывает именно такой вариант. Хотя бы то, что после when, if не идёт будущность (элементарная грамматика). Но в то же время допустим (с определённой долей вероятности, правда) и вариант употребления come в Simple Past. Этим "грешат" американцы - "Just did it" - типичный пример. Нужна песня целиком, но приведённый вначале вариант, на мой взгляд, наиболее подходит. Ну а вообще, в качестве маленького лиубеза сказу следующее. В своё время, Куайн указал на три причины невозможности точного перевода:
- во-первых, неопределенность понятия истинности (разные теории истины предполагают разные подходы к переводу);
- во-вторых, неопределенность логической формы предложений (даже внутри соизмеримых теорий функционируют весьма разные сингулярные термины, кванторы и предикаты) - наш пример особенно "попадает" под этот принцип;
- в-третьих, неопределенность референции (разные теории включают в себя одинаковые слова и предложения, которые относятся к разным референтам) - здесь тоже "наш" случай. Однако Дэвидсон указал на различные попытки свести к минимуму отрицательные следствия выводов Куайна. Неопределенность истины нейтрализуется принципом снисходительности или терпимости. Неопределенность логической формы контролируется семантической теорией истины Тарского (не буду подробно, заклюют
). Неопределенность референции смягчается осторожностью относительно переноса онтологии. Однако все эти меры не снимают тезиса о невозможности радикальной интерпретации - как сам видишь, лично я допустил двойственность интерпретации этого кусочка. Перевод представляет собой переплетение различных актов интерпретации: знаки понимаются в
контексте места и времени, речь организуется логико-синтаксическими формами; должны быть идентифицированы различные семантические признаки знаков, должны быть учтены мнения других людей и т.п. В случае удачного понимания, эти предпосылки даже не осознаются, ибо функционируют как "формы жизни" - принцип "внутреннего понимания". Наоборот, в случае столкновения с чужим языком, они выступают препятствиями понимания. Эти предпосылки имеют специфическую природу, ибо складываются на почве той или иной культуры. Различие между ними нельзя преодолеть на основе универсальной истины. Даже добрая воля к пониманию другого как своего, как равного себе может оказать плохую услугу. Другой - это другой, и следует уважать его инаковость. Уважать, но и стараться понять.
Упс... отвлёкся малость...