|
Эту историю мне рассказала женщина лет за 70 (язык не поворачивается ее назвать бабкой, такая веселая тетка попалась). Мы с ней коротали длинную поездку в промерзшем трамвае, с одного конца города на другой, ледяным и ветреным февральским вечером.
В молодости она жила где-то в теперешней Воронежской области, в большом селе (названия не помню). Место благодатное, природа красивая. Вокруг располагалось еще несколько сел поменьше.
В этом селе, конечно, была площадь - "тусовочное" место. Рядом с площадью - небольшая рощица, в которой навалены бревна. На них происходили ночные молодежные посиделки со сказками-рассказами, песнями, поцелуйчиками, играми и т.д.
Невдалеке от рощицы стоял дом старой, очень ворчливой бабки. Та любила иногда внезапно ночью, во время посиделок молодежи, выйти из дома и с криком "а ну пошли отсюда, спать мешаете!" - гнать всех с бревен грязным веником или метлой. В общем, местная Баба-Яга, только что не летала и звезд с неба не хватала.
Как-то после очередного "разгона" обиженная молодежь решила ей отомстить.
Дело было в начале или в середине лета. Заговорщики три дня готовились к страшной мести. И вот настал день икс.
Как обычно, поздно вечером начались посиделки на бревнах в рощице. Как обычно, выскочила бабка и всех разогнала. Но кое-кто потом вернулся...
Дождавшись, пока бабка утихомирится и уйдет в дом, несколько молодых людей проникли к ней во двор, неся на себе мешки с заранее заготовленной, да еще и мелко накрошенной травой валерианы и кошачьей мяты (3 дня всей толпой собирали и резали!). Каковая и была тщательно, ровным слоем разбросана по бабкиному двору, особенно под окнами домика.
Через несколько минут на запах сбежались все окрестные кошки и учинили жуткий дебош. Вопли были слышны по всему селу. Бабка несколько раз выбегала во двор, пыталась метлой прогнать хулиганов, да куда там: темно, а в темноте все кошки серы. Возникающие из ниоткуда и исчезающие в никуда, дерущиеся и вопящие кошачьи клубки не изловил бы даже сам черт.
К тому же небольшой ветерок разнес запах по соседним селам. Оттуда периодически прибывали чрезвычайные и полномочные представители семейства кошачьих, дабы влить свежую струю и заодно пустить свежую кровь.
Ни моя собеседница, ни я, ни наука не в силах описать чувства бабки - злой как собака, не спавшей всю ночь и, едва рассвело, выскочившей с веником во двор.
По двору ровным слоем было рассыпано несколько десятков (!) - исцарапанных, свалившихся в немыслимых позах там где стояли, обессиленных, пьяных вдрабадан - а теперь беспробудно дрыхнущих кошачьих тел.
|