[русский малый]

Даже удивительно, насколько высоко за такое короткое время вырос капитал номера один и порог для попадания в топ-10. Возглавивший список Геннадий Тимченко «стоит» больше $4 млрд — три года назад Андрею Рогачеву для лидерства хватило всего $1,5 млрд. Капитал Захара Смушкина — председателя совета директоров группы «Илим», замыкающего десятку, — составил $620 млн. В 2007 году совладельцу группы «Ист» Алексею Гудайтису для этого потребовалось $300 млн. Наконец, три года назад в списке питерских богачей лишь Андрей Рогачев и Александр Гирда, успешно продавшие «Пятерочку» X5 Retail Group, могли похвастаться званием долларового миллиардера. Теперь, несмотря на глобальный кризис и проблемы в российской экономике, их число утроилось. Причем братья Ротенберги самую чуточку недотянули до заветной планки, но наверняка возьмут ее в следующем году. Как говорится: «Газпром — мечты сбываются».
Несвятая троица
Как и Геннадий Тимченко, братья Ротенберги считаются особо приближенными лицами к Владимиру Путину. Якобы с одним нынешний премьер-министр в разведку ходил, с двумя другими — спортом занимался. Еще в 2008 году вы бы не нашли их имен даже в «большом» рейтинге миллиардеров «Ф.». Теперь они входят в сотню богатейших людей России и питерскую десятку. Были ли у них деньги раньше? Несомненно. Но только сейчас бизнесмены стали выводить свои капиталы в свет. Два года назад не было доподлинно известно даже о доле Геннадия Тимченко в Gunvor. Теперь он крупнейший акционер «Новатэка», акции которого торгуются на бирже, и владелец «Стройтрансгаза» — недавнего полубанкрота, а ныне успешного игрока на рынке электроэнергетического инжиниринга.

Аркадий и Борис Ротенберги долгое время могли похвастаться только аморфной массой спортивных союзов и небольших фирм, через которые оказывались «консалтинговые услуги». И вдруг они стали обладателями инжиниринговой компании — крупного подрядчика «Газпрома» с выручкой 54 млрд рублей за 2008 год. Как? Два года назад монополия продала с аукциона пять дочерних структур как непрофильные активы по стартовой цене в 8,4 млрд рублей. После их объединения возник «Стройгазмонтаж», стоимость которого сейчас можно оценить минимум в $1 млрд. А успешный бизнесмен и талантливый управленец Аркадий Ротенберг дал первое в своей жизни интервью о бизнесе федеральной газете.

Можно подивиться отсутствию в десятке основного владельца банка «Россия» Юрия Ковальчука. Его формальный капитал «Ф.» оценил в $590 млн. Было бы больше, учитывай мы при оценке активы под управлением. Тогда можно было бы прибавить контрольный пакет Газпромбанка (управляется «дочкой» банка «Россия» УК «Лидер» через «Газфонд»), а через него «Газпром-медиа», «Сибур Холдинг», «Сибур — Русские шины». Можно было бы прибавить «Интер РАО ЕЭС», которую в конце прошлого года возглавил 32-летний Борис Ковальчук. То есть можно было бы прибавить активы, суммарная стоимость которых приближается к $10 млрд.

Наверно, это можно счесть недостатком методики. Ведь, действительно, в современной России неважно, сколько процентов акций принадлежит бизнесмену или чиновнику. Де-факто он владеет тем бизнесом, которым управляет. Опять-таки, предпринимателей, сколотивших капитал в 1990-х годах, и без того чувствовавших себя неуверенно, теперь и вовсе можно считать высокооплачиваемыми наемными менеджерами. В любой момент государство может отстранить их от управления, либо национализировав их собственность руками госкомпаний, либо передав ее в руки более лояльных бизнесменов. Нечеткая граница между бизнесом и властью стерлась окончательно.
Откуда есть пошла розница русская
Но Питер не только родина «теневых» олигархов. Этот город стал одной из колыбелей российского продуктового ритейла. Почему? Одно из объяснений: климат виноват. Дескать, постоянные дожди затрудняли работу открытых рынков, потому предпосылок для создания дешевых супермаркетов и гипермаркетов было больше. Но более вероятно, что дело в людях. Достаточно рассмотреть истории жизни основателей сегодняшних крупнейших российских сетей, и становится понятно: все они шли схожим путем. Их началом было бедное студенчество, а концом — продажа многомиллионного бизнеса. Между этими точками была гонка за деньгами, в которой они стремились обогнать друг друга.

Основными участниками «забега» были основатель «Пятерочки» и «Карусели» Андрей Рогачев с партнерами, а также два Олега — Леонов и Жеребцов, бывшие владельцы сетей «Дикси» и «Лента» соответственно. Начало везде было одинаковым: учеба в одном из петербургских университетов, сворачивание с пути науки на прибыльную и многообещающую дорогу оптовой торговли. Здесь «фактор Питера» — «окна в Европу» и крупного порта — действительно мог сыграть свою роль. Этим, кстати, объясняется сосредоточение в Петербурге всех трех крупнейшим импортеров фруктов России — JFC, «Санвэй» и «Сорус».

Зарабатывание первого миллиона — история, покрытая мраком, отмечаемая в биографиях лишь в общих чертах. Однако на него начинающие предприниматели потратили не меньше времени, чем на создание своих продуктовых империй. Известно, что до конца 1990-х Андрей и два Олега, прежде чем открыли свои первые магазины дешевых продуктов, торговали компьютерами, продуктами питания, бытовой химией. С самого начала наиболее разносторонне проявил себя лидер троицы — в возрасте 25 лет Андрей Рогачев основал компанию ЛЭК (Лаборатория экологической экспертизы), которая производила приборы для экологического контроля. Сколько денег принесли ему эти приборы? Сегодня оценить невозможно, но в остальных бизнесах Андрею Владимировичу повезет больше всех: его сеть магазинов станет самой крупной, эксперименты с другими форматами («Карусель») самыми удачными, но главное — он успеет создать еще и пару строительных компаний. Также он первым продаст свой розничный бизнес, оставшись, тем не менее, миноритарием лидера российского продуктового ритейла X5 Retail Group.

При этом первые магазины «Пятерочка», «Дикси» и «Лента», работающие в одном ценовом сегменте, появились почти одновременно в 1998–1999 годах, когда их основателям было чуть за тридцать. С привлечением средств на развитие у Олегов, в отличие от первопроходца, проблем явно было больше, поэтому их избавление от своих детищ носило ступенчатый характер. Оба начали с привлечения партнеров. Причем, если пакет «Дикси» Леонова на момент его полного выхода из состава акционеров все-таки оставался контрольным, то Жеребцову принадлежало лишь 35% «Ленты».

Печально, что Олег Жеребцов в этом забеге оказался проигравшим. При всем его таланте предпринимателя он оказался никудышным инвестбанкиром. За свой пакет «Ленты» он выручил лишь $110,6 млн. Солидная сумма? Как посмотреть. Во-первых, речь идет о торговой сети, входящей в десятку крупнейших в продуктовом ритейле. И сейчас стоимость «Ленты» с учетом долга оценивается минимум в $700 млн. Во-вторых, большую часть полученных денег Олег Жеребцов тут же потратил: $58 млн пошло на погашение кредита МДМ-банка, около $12 млн — The Royal Bank of Scotland... После всех транзакций у бизнесмена на руках осталось $25 млн и продуктовая сеть «Норма», которых не хватило, чтобы пересечь нижнюю границу рейтинга миллиардеров в $110 млн.

К этой троице можно прибавить таинственных петербургских предпринимателей Дмитрия Коржева, Дмитрия Троицкого и Бориса Волчека, основавших в 2002 году сеть «О'кей» и остающихся ее основными владельцами по сей день. Их называют выходцами из производства — до «О'кей» они успели создать и продать производителя соков «Мултон», а также побывать владельцами Очаковского молочного завода.