|
"Само понимание угрозы терроризма изменилось в России за последние пять-шесть лет. Если в 1998 году, когда принимался первый закон по борьбе с терроризмом, упор делался на то, что терроризм – это запугивание и уничтожение людей, то в редакции закона 2006 года, которая действует сейчас, то терроризм принимается, прежде всего, как тактика по оказанию давления на власть с помощью терактов. В этом случае спецслужбы реагируют так, чтобы не допускать этого давления на власть, не допускать шантажа власти. Как мы видим, это достаточно эффективно происходит: сегодня шантажировать Кремль какими-то терактами довольно сложно, но проблема в том, что спецслужбы занимаются именно этим, то есть для них первично не допустить именно этого, а предотвращение терактов, тем более, когда они не ставят под угрозу политическую стабильность, это становится задачей чуть менее важной".
|