Reader, Для начала я хотел бы выразить свой взгляд на то, как развивается смута и какую роль здесь может играть цензура.
Смута, ИМХО, начинается не тогда, когда "идеек" становится слишком много. И не тогда, когда заинтересованные люди раздувают ее. Это все имеет место быть, но не это ялвется истинной причиной. Смута - это сладствие того, что реальность, данная нам во вполне конкретных и далеко не приятных ощущениях, начинает слишком разниться с идеальным представлением о мире. Пусть не смущает слово "идеальный" - оно имеет очень мало общего с обсуждаемыми нами идеями. Каждый человек стремиться к благополучию и достатку, к безопасности и комфорту. В конце-концов, даже, грубо говоря, - к нормальным (то бишь, как минимум, ровным) дорогам, а не к тому, что мы имеем счастье наблюдать в нашем лучшем из городов. Так вот, когда основная масса населения этого не получает (пусть все остальные даже не так сильно разнятся с этой массой, как у нас в России сейчас) - возникает недовольство. И чем больше "реальное" отдаляется от "идеального" - тем сильнее недовольство. Идеи - любые - политические или экономические - лишь формализуют это недовольство и дают способ его разрешения. Это всегда будет насилие и бунт, пусть исходные идеи были сколь угодно благородными - будь это построение "свободного либерального общества", "социализма с человеческим лицом" или "коммунистического будущего". Примеров - масса - и любой бунт, особенно русский, подтверждает, что причина - это именно массовое недовольство, а не идея, в которой оно формализовано. (к слову, вполне себе допускаю. мысль, что "монархический реванш" или "Республика Учредительного собрания", случись это в 1917-22 году, так или иначе привели бы к "отдельным перегибам" в 1933-37).
Далее. Цензура в таком случае всего лишь выполняет пиаровскую функцию: что запрещено - то интересно и привлекательно. Запретный плод сладок. Чем жестче цензура - тем сильнее желание ее обойти, прикоснуться к тому, на что она наложена. На фоне недовольства масс такой пиар может оказаться настоящим запалом для бомбы смуты. Что и имело место быть в 1917 или, к примеру, в 1991 году.
Кстати, я просто уверен, что публикуйся г-н Ульянов (кстати, он был публицистом, а не литератором. здесь есть разница) в свободной от цензуры прессе - он так навсегда и остался бы одним из политиков-неудачников конца 19-начала 20 века, коим число - тыщщи
.
Именно эта свобода на фоне национальных традиций и дала западным демократиям "страховку от вывихов". Однако, справедливости ради, отмечу, что "сытый бунт" свободных граждан - феномен уже 20/21 века - может быть не менее страшным, чем "голодный бунт". Что мы, кстати, сейчас во Франции наблюдаем. Вот только "сытый бунт" - следствие как раз "профицита идеек" - не посягает на основы государства и основы национального самосознания. Возможно, пока.
А теперь вернемся, таки, к вопросу о правозащитниках. Общественные организации, ИМХО, это тот механизм, который защищает общество от избыточного недовольства. Сразу отмечу, что к деятельности большинства российских правозащитников (и всех без исключения политиков) то, что я пишу сейчас имеет мало отношения. Представьте, что нашлась организация, которая честно отстаивала бы наши права
- на гладкие дороги (например, просто нудно сидючи в судах по каждой яме),
- на дворы, не засранные "левыми" автостоянками или незаконными стройками
- на защиту от гопников, в конце концов,
не посягая при этом на основы государственного строя (или, если понятнее, на "антинародный диктаторский режим").
Так вот - разве эту организацию стали бы обвинять в связи с британской разведкой?
Ну, и до кучи
Вы бы стали сотрудничать с такой общественной организацией?