|
Nataly, Вы не правы. В том смысле, что для кого-то говоримое Вами так и есть, но Ole-Lukoye совсем другое имеет в виду. Там речь о гораздо более серьезных и глубоких вещах. Там уж скорее по тому гумилевскому стихотворению, только и еще серьезней - к снятие всего языкового и вообще человеческого. Это выход к той бездне, что никакой "другой стороны" у нее нет.
Ole-Lukoye, я бы все же попробовал без особых обоснований пока предположить, что очень глубокое соответствие этому в человеке есть. Но не в его природе, а в падшести, поврежденности его природы.
|