[поп Сергий]

Давно следовало разобраться с этими словами - спасибо Olaf77'у.
Во-первых, у слова догма - два (по меньшей мере) разных значения, которые нельзя путать. (Чаще всего ошибки в употреблении слов догма, догматический и т.д. случаются именно из-за того, что люди не чувствуют разницы.)
Одно значение - лексическое (то есть сформировавшееся в "обычном", общеупотребительном языке): догма - непреложная истина, к которой исключен критический подход, или, лучше сказать, которую нельзя подвергать сомнению. Называя какой-либо постулат догмой, мы характеризуем не само утверждение (т.е. не его содержание), а чье-то отношение к нему. То, что является догмой для одного человека, не обязательно является догмой для другого. Еще вот что: догмой мы не назовем опытно установленные истины (хотя они ведь могут быть для нас непреложными и несомненными). Догматичными мы сочтем скорее всего то утверждение, которое не обосновано иначе как ссылкой на авторитет, причем желательно на какой-нибудь запредельный и абстрактный авторитет ("наука доказала, что...")
Однокоренные слова: догматик - человек, не умеющий переосмыслить то, что некогда попало к нему в голову, мыслящий некритично, негибко, принимающий всякое утверждение как догму; догматическое мышление - мышление, характерное для догматика, и т.д.
Итак, вроде бы, догматизм в мышлении - это плохо. Но здесь есть кой-какие тонкости.
Во-первых. Неумеренный догматизм - это зло; но некий "ограниченный" догматизм необходимо присущ здоровому мышлению. Нельзя сомневаться во всем, а что-то должно оставаться несомненным. Витгенштейн в произведении, которого я, конечно, не читал, сказал об этом: «Вопросы, которые мы ставим, и наши сомнения основываются на том, что определенные предложения освобождены от сомнения, что они словно петли, на которых вращаются эти вопросы и сомнения. То есть это принадлежит логике наших научных исследований, что определенные вещи и в самом деле несомненны. Если я хочу, чтобы дверь вращалась, петли должны быть неподвижны.»
Во-вторых. Сомневаться в чем-то установленном или общепринятом можно лишь при наличии серьезных на то оснований. «А что, если я не сын своих родителей» - представьте себе такого смелого мыслителя.
В-третьих. Преподавание любой учебной дисциплины неизбежно содержит догматический элемент: физические законы, математические правила приходится излагать школьникам без вывода и проверки, а в догматической форме "это так, и все" - потому что строгий вывод для учащихся непосилен, а осуществить проверку невозможно. Как, например, учитель физики может обосновать утверждение "ускорение свободного падения больше 9,8 м/с^2"? Большее, на что он способен - сказать: "люди это измеряли, и проверка в принципе возможна". А что, если некий ученик (это же пример и к пункту "во-вторых") всерьез усомнится: «Не хочу быть догматиком; хочу думать, что ускорение свободного падения равно 9,786 м/с^2.» По справедливости назовем мы такого школьника болваном (правда, он может усмотреть в этом переход на личности и пожаловаться школьному модератору).
В-четвертых - и это, по-моему, самое интересное. Свойство мышления, противоположное догматизму, называется, наверное, критицизмом. При исследовании объективной "бесчеловечной" реальности критицизм, точно, уместен (в разумном соетании с догматизмом). Но когда мы имеем дело с человеческой реальностью - с нравственностью, с человеческими отношениями - весь этот язык рушится. Человек, не сомневающийся в том, что врать нехорошо - догматик? Человек, постоянно подвергающий критическому сомнению верность своей жены - кто?
Это все было о первом, лексическом значении слова "догма". А еще есть терминологическое значение - напишу про него в другой раз.