[CLUBEN]

«В июне 1980 года Павлов и Ройзман под договоренности, днем, воспользовавшись ключем, имеющимся у Павлова, проникли в квартиру Фроловой на ул.Гагарина, д.37 г.Свердловска и тайно Павлов вынес из квартиры 2 ондатровых шапки, женский костюм, икону, дипломат, облигации 3% займа, золотые изделия на сумму 1063 рубля... В сентябре 1980 года днем подсудимый Ройзман путем свободного доступа проник в квартиру 99 по улице Викулова, 32, откуда тайно похитил кожаный плащ стоимостью 80 руб., принадлежащий Гаевой, вельветовую куртку стоимостью 150 руб., пальто демисезонное женское стоимостью 220 руб., дипломат стоимостью 35 руб., принадлежащие Тетунашвили».

Приговор за эти преступления выглядит так: «Ройзмана Евгения Вадимовича признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.144 ч.II, 147 ч.III, 218 ч.II УК РСФСР и определить по ст.144 ч.II УК РСФСР два года лишения свободы, по ст.147 ч.III УК РСФСР три года лишения свободы, по ст.218 ч.II УК РСФСР один год лишения свободы, в силу ст.40 УК РСФСР окончательно определить по принципу поглощения три года лишения свободы».


Сам он крайне не любит упоминать об этом эпизоде своей жизни и утверждает, что был тогда осужден за исключительно за ношение холодного оружия, а никаких колечек-сережек у влюбленных в него девушек не брал. Действительно, срок заключения Ройзман получил не только по 147 статье Уголовного кодекса РСФСР (мошенничество, причинившее значительный ущерб потерпевшему, либо совершенное особо опасным рецидивистом), но и по статье 218 часть 2 (ношение, изготовление или сбыт кинжалов, финских ножей или иного холодного оружия без соответствующего разрешения). И поскольку от факта судимости никак не отвертеться, то Ройзман готов признать, что сел за нож, яростно отрицая вторую статью – позорную.

Лжив, самолюбив, дает неправильные сведения по анамнезу, убеждает врача, что он является студентом первого курса университета, когда как в действительности учится на рабфаке, красочно рассказывает, что он заканчивает первый курс исторического факультета, рассказывает на какие оценки он сдал зимнюю сессию, какие сдавал экзамены, что готовится сейчас к весенней сессии.

Не может объяснить как можно сочетать учебу на дневном отделении университета и работу на УЗТМ до I-85. Пытается дать этому какое-то объяснение. На вопрос врача «не учится ли он на рабфаке?» начинает вновь утверждать, что он заканчивает первый курс, при этом снова тяжело вздыхает, речь с пафосом, патетикой, хорошо модулированная, переходит от повышенного на пониженные тона.

…является психопатической личностью истерического типа, признаки истерической психопатии прослеживаются у Ройзмана Е.В. с детского возраста, проявляются стремлением к лидерству, завышенной самооценке, стремлении быть в центре внимания, эгоцентричностью, демонстративностью, театральностью, жаждой признания, аффективной логикой в суждениях и поведении, эмоциональной возбудимостью, склонностью к аффективным вспышкам в конфликтных ситуациях...».

Из заключения специалистов, сделанного, заметьте, в 1985 году (то есть ни о каком «политическом заказе» не может быть и речи) однозначно следует, что Евгений Ройзман просто обречен рваться к славе, известности и лидерству, добиваясь своих целей посредством лжи – таковы особенности его психики. Которая, несомненно, оказывает самое непосредственное влияние на его нынешнюю политическую деятельность, ведь столь глубинные качества человека не меняются со временем.

Всякий, кто встречался с Евгением Ройзманом, обращал внимание на шрамы, покрывающие его руки. Сам он обычно объясняет это тем, что желая «откосить» от армии, симулировал психическую неполноценность и сам их нанес себе, находясь на психиатрическом освидетельствовании.

Документы, однако, говорят об ином. В 1985 году с Ройзманом произошел инцидент – он подрался, дело дошло до суда. С целью усиления своих позиций адвокат Ройзмана потребовал проведения судебно-психиатрической экспертизы. В результате на свет появился весьма любопытный документ, озаглавленный «Акт стационарной судебно-психиатрической экспертизы № 163 от 3 июня 1985 года на испытуемого Ройзмана Евгения Вадимовича, 1962 года рождения», которая была проведена в Свердловской областной клинической психиатрической больнице. По иронии судьбы, одним из экспертов, подписавших его, является нынешний главный нарколог Свердловской области Ю.Н.Ружников, который тогда работал заведующий отделением судебной психиатрии этой больницы. Из него мы и узнаем истинную причину происхождения шрамов:

««…нанес себе самопорезы в области левого предплечья множественные, после конфликта на стройке народного хозяйства, когда был направлен в отдельное помещение. Самопорезы нанес оторвав железку от пола. После нанесения себе самопорезов при виде крови быстро успокаивался».

Для непосвященных поясним, что «стройки народного хозяйства» - это такое иносказание для мест отбытия наказания, применявшееся в Советском Союзе. То есть – никакого отношения к службе в армии эти шрамы не имеют.