[Чёрный Дембель]

Сообщение от grigor

Я на стороне России, всегда был и буду при всех вариантах. именно поэтому я не хочу. чтобы мою страну разворовывали и растаскивали на лондонские зАмки и чужие футбольные клубы.

Пока что именно эти персонажи и укрепляют экономику страны. Ну, подворовывают, но, по крайней мере, их вложения под контролем, и при грамотном нажиме можно даже будет попытаться их вернуть активы в страну.

Сообщение от grigor

Часто тобой упоминаемый Меншиков воровал, но всё спизженное оставалось в РИ, теперь воруют с вывозом и вкладом в чужие экономики

Опрометчивое мнение о Светлейшем!

Утечка капиталов из России началась триста лет назад – при Петре I. Основоположником этого процесса был сподвижник царя Александр Меншиков. Он тайно вывез из страны и разместил в голландских и английских банках 9 млн руб. и драгоценностей еще на миллион. Это примерно два годовых бюджета страны.

В пересчете на современные деньги Меншиков вывез за рубеж около $80 млрд. А общая капитализация всех банков такой страны, как Голландия, в то время составляла сумму раза в три меньше. Вот откуда взялась радикальная историческая гипотеза насчет того, что западный капитализм развивался за счет утечки нелегальных денег из России. Эта теория не кажется совсем уж безосновательной.

... и ещё много интересного!...

А вот ещё зачётная статейка. Особенно примечательны нижеследующие выдержки, а, вообще, многабукаф:

Петр I вернулся из персидского похода к концу 1722 года. В столице его ожидал ряд дел, очевидно, для него более важных, чем татищевское. "Птенцы гнезда Петрова" погрязли в склоках и казнокрадстве. Еще в 1721 году был казнен за казнокрадство бывший губернатор Сибири князь Гагарин. Умер, не дождавшись суда, знаменитый "прибыльщик" Алексей Александрович Курбатов. В отсутствие Петра продолжалось дело по очередной крупной махинации Меншикова, связанной с самовольным захватом ряда земель на Украине (так называемое почепское дело). К этому добавилось еще дело П. П. Шафирова, злоупотребления которого сопровождались недостойным поведением в Сенате. Меншикову его хищения Петр в очередной раз простил. Шафиров был приговорен к смертной казни и возведен на эшафот. Но затем дело ограничилось ссылкой в Новгород. Петру явно нужны были новые люди, готовые соблюдать не только его, но и государственные интересы.

жалованье и позднее выплачивалось обычно не за труд, а за должность или звание. Татищев впервые ставит вопрос о соответствии размеров жалованья продуктивности деятельности работника. Вопрос этот, как известно, остается не вполне разрешенным и до наших дней, особенно когда приходится оценивать те сферы деятельности, где материальные ценности непосредственно не производятся. Татищев предлагает как бы соединение чисто административно-феодального и экономического начал. Отвечая на вопрос Петра, Татищев отсылает как бы к собственной практике: "В начале судия должен смотреть на состояние дела; если я, и ничего не взяв, а противо закона сделаю - повинен наказанию, а если изо мзды, то к законопреступлению присовокупится лихоимство и должен сугубого наказания; когда же право и порядочно сделаю и от правого возблагодарение приму, ничем осужден быть не могу"

Петр согласился с разумностью доводов Татищева. Однако они вызвали у него и сомнения: как можно все это осуществить на деле? "Сие все правда и для совестных людей невинно, - заметил он, - токмо не без опасности безсовестным позволить, чтоб под тем доброхотным принужденнаго не было". Трезво оценивая свою администрацию, Петр справедливо опасался создать таким образом еще один источник злоупотреблений, когда добровольный договор о рассмотрении дела во внеслужебное время превратится в обычное вымогательство. Татищев также не исключал такой опасности. Но он считал, что "лучше виннаго и безсовестнаго законом помиловать, нежели многих невинных оным отяготить".