[МАССОН]

Сообщение от Sandy

По твоему при военной приемке каждый танк по 1000 км гоняют?

Поискал инфу об этом, ты Санёк, как всегда - недоскажешь, выпятив одни тебе удобные моменты в дискусе.

Танк БТ-7 отличался от танка БТ-5 новой конструкцией сварного броневого корпуса и установкой карбюраторного двигателя М-17Т. По бронированию и вооружению они были идентичны. Вероятно, этот минимум позволял сохранить преемственность и облегчить производственникам переход на новую модель, а все остальные улучшения планировались вводить в ходе серийного производства, что, в принципе и было потом сделано. Это новая башня, усиленная подвеска, мелкозвенчатая гусеница, увеличение толщин броневых листов и многое другое. К сожалению, все эти доработки внедрялись уже без Фирсова.
Фирсов со своим коллективом очень много сделал для улучшения конструкции танка и совершенствования технологии его производства. Так, с 32-го года под руководством Челпана велась разработка танкового дизеля БД-2, в которой Фирсов принимал самое непосредственное участие, о чем неоднократно упоминал и сам Челпан. Первый двигатель сделали в 34-м, и за эту разработку завод, директор Бондаренко и Челпан были удостоены орденов Ленина. А в 35-м за разработку танка БТ-7 уже и Фирсова наградили орденом Красного Знамени. Вероятно, решили, что Ленина для бывшего зэка многовато.
Но на этом милости кончились. Эксплуатация БТ-7 началась с неприятностей. Прошедшие на протяжении лета-осени тридцать шестого года учения показали, что БТ-7 перегружен, поэтому на колесном ходе быстро изнашивались резиновые бандажи. Еще более серьезным было то, что после трехсот – четырехсот километров пробега выходила из строя КПП.
Новый двигатель М-17Т имел на 20-25% больший крутящий момент, чем М5, но трансмиссия осталась старой. Разработать новую усиленную коробку, конечно проблем не составляло, но, это влекло за собой переделку производства. Вероятно, решили обойтись «малой кровью» и усилили только коническую пару шестерен КПП.
Заводские испытания вроде подтвердили надежды конструкторов, что этого окажется достаточно. Танк прошел 2300 км без поломок. Не учли только, что прототипом управлял опытный заводской механик-водитель, который чувствовал машину. И совсем другое дело – эксплуатация серийных танков в войсках, где, в большинстве неопытные мехводы, к тому же выжимавшие из танка все возможное и невозможное. В том числе и слишком увлекались прыжками.
К июню 36-го года, когда было сдано 687 танков, из армии буквально потоком пошли акты-рекламации о поломках КПП. Ситуация накалилась настолько, что временно прекратили приемку танков. Фирсова отстранили от должности, но оставили работать в КБ. За короткое время Морозовым под руководством Фирсова была разработана новая коробка передач, внедрена в производство, и вопрос был закрыт. Но Фирсов на должность не вернулся, на его место в декабре из Ленинграда перевели Михаила Кошкина.
Фирсова не трогали еще три месяца, времени хватило для передачи дел и введения в курс работ Кошкина. Но ситуация вокруг завода обострялась, масла в огонь подливал и Цыганов со сторонниками. БТ-7 стали называть «вредительским танком».
Просто так это кончиться не могло, начался «большой террор» 37-го года. Фирсова арестовали в марте и перевезли в Москву. По иронии судьбы, он сидел вместе с еще одним «очень большим вредителем» Туполевым. Туполеву повезло больше, он уцелел и продолжил работу. Фирсову же припомнили и происхождение, и предыдущие обвинения и отсидку. В ноябре 37-го его расстреляли, реабилитировали в 56-м, но до конца 80-х годов его имя в печати и исследовательских работах не упоминалось.