Алексей Живов:
По опыту последних 4-х лет можем предположить, что самая жесткая реакция России - созвать Совбез ООН, где Небезя обязательно сорвет маски с потерявшего берега американского империализма. Не стоит тешить себя иллюзиями, и ожидать какой-то иной жесткой реакции.
13 Tactical:
Как же хорошо я жил до 2022 года, верил в эти дональды куки облученные, что «Москва» закрыла небо Сирии, в 75% новой техники, когда бежал смотреть парад вместо завтрака и т.д и т.п, А сейчас я знаю как оно на самом деле и не могу себе ответить на вопрос как и чем помочь, чтобы это изменить.
Роман Антоновский:
Все просто. Твои корабли захватывают, когда чувствуют, что ты не готов топить чужие. И в ответ на пощечины, выражаешь озабоченность, а не вырываешь врагу печень.
Юрий Котенок:
Ныне мы демонстрируем слабость. Знак тревожный и скверный. Немощь никогда не приводит к успеху. И, наоборот, кидающиеся на Россию еврогадюки и обезумевшие укронацисты получили явный сигнал. К сожалению, этот день войдёт в историю.
Дмитрий Ольшанский:
Идея жахнуть, однако, уже не убеждает, и не только потому, что противник тут слишком силен - это, положим, не всегда так бывает, но и, главное, поскольку накопилась усталость от нашего простодушного патриотического вопля, которого я и сам был не чужд в иные минуты.
Максим Калашников:
Может ли ВМФ РФ создать систему конвоев, чтобы вести караваны танкеров из Венесуэлы? Нет. Подлодки для этого не годятся. А кораблей океанского класса у нас – кот наплакал. Ни одного авианесущего. Ракетных крейсеров – 4. Эсминцев – 4. Больших противолодочных – 9. Доступных фрегатов (СФ) – 3. И, считайте, всё. А, еще 9 корветов под парусами. Но всё не пошлешь – надо свои районы патрулирования подводных «стратегов» прикрывать.
Синяя Z Борода:
Вместо этого волевые силы уходят на стояние с высоко поднятой головой и низко спущенными панталонами, стойко снося все превратности судьбы, приносимые явными и вероятными противниками.
