|
Утром, когда дворники уже отдыхали, очистив от американских долларов мусоропроводы, а школьники уже курили за школой китайский мальборо, к Троцкому пришла Иришка. В подарок она принесла ему зловонные палочки, которые тут же втыкнула в гипс Троцкого и подожгла. Потом она разложила на загипсованном животе Троцкого салфетку из бамбуковой соломки и принялась делать суши. Сделав суши с салом и толчёными орешками, она решила сделать экспериментальные суши с мармеладом и гуталином, добавив немного солидола, чтобы не чувствовался запах гуталина. От запаха солидола у себя под носом Троцкий неожиданно проснулся и чуть не свалил все суши на пол вместе с дымящимися палочками. Увидев Иришку, Троцкий радостно помахал ей мизинчиком правой ноги и тоскливо посмотрел в глаза, как бы умоляя забрать его отсюда. На что Иришка, нежно погладив его загипсованную ногу, сказала: "Потерпи, милый, сейчас дам тебе суши - тебе полегчает..." Открыв специальными щипцами рот Троцкому, Иришка положила туда несколько сушей и порекомендовала Троцкому их съесть во избежание незапланированных клизм и других ампутаций аппендицитов. Троцкий съел суши с вселенской тоской и полной безнадёжностью в глазах. Накормив Троцкого, Иришка долго кричала, потом отвернулась и заснула. Проснулась она ровно через минуту - привычка, выработання годами, нарисовала Троцкому на коленке какой-то иероглиф, на словах объяснив, что теперь он воин Шаолиня и должен всё время есть её суши. Посмотрев на часы, Иришка быстро засобиралась, зачем-то забрала пирамидку, которую подарил Вио и зубочистку Валмонта. Троцкого долго пучило...
А за окном моросил тёплый декабрьский дождик...
|