|
Если бы по модости в 17 год попала, то конечно, на стороне ревлюционеров была бы. Потом, оглядевшись и поняв, чего наворочали ушла бы в монастырь и начала бы просить прощения перед людьми за содеянное в молитвах, потом бы это бросила, поехала бы Колыму осваивать или какую другую целину, в конце бы жизни, погрязнув в нищете и разочарованиях запила бы. Если бы дожила.
Не проголосовала.
|