29 апреля слепой британец Майлс Хилтон-Барбер завершил перелет из Лондона в Сидней и попал в Книгу рекордов Гиннесса. Он преодолел 13 500 миль (24 000 км) за 55 дней. Сверхлегкий летательный аппарат Хилтона-Барбера был оборудован специальной навигационной техникой, позволяющей ему ориентироваться в воздухе. За 55 дней полета в компании зрячего пилота Ричарда Мередита-Харди Хилтону-Барберу пришлось столкнуться со снежными бурями, низкими температурами, сильными ливнями и тропическим штормом. "Удивительным образом моя мечта осуществилась, – заявил Хилтон-Барбер репортерам в аэропорту Сиднея. – Еще с детства я мечтал быть пилотом. Сейчас я полностью ослеп, но мне посчастливилось наполовину облететь земной шар".
---------------------------------------------
Это кажется нереальным, но это факт. На 5.45 заказано такси, мы поедем на аэродром, а пока можно съесть несколько хрустящих бисквитов: предстоит долгий день, и понадобятся силы.
6.15 утра. На аэродроме еще темно.
Пока Ричард готовит наш летательный аппарат, я болтаю с Эйнджи и другими пилотами, которые собрались сегодня, чтобы сопровождать нас вдоль побережья на своих самолетах. Позвонили по телефону и сказали, что будет интервью с репортерами из Новой Зеландии и Англии. Я стою один в полной темноте, но чувствую связь с миром. Эти мысли прерывает сначала отдаленный, а потом уже нарастающий звук приближающейся машины. Появляется Дик Смит, австралийский предприниматель, который возглавит наше путешествие вдоль побережья.
Итак, после очень утомительных, изнуряющих, но все-таки замечательных 54 дней нам предстоит совершить последний перелет: Сидней – конечный пункт назначения.
Ричард разогревает наш аппарат и параллельно дает мне указания при посадке на борт. Уединившись, еще несколько минут стою в углу ангара и пребываю в предвкушении непередаваемых ощущений тех дней моей жизни, которые навсегда останутся в моей памяти. Цель достигнута, воплощена заветная мечта, которая вынашивалась в течение многих лет. Мы здесь, мы на месте и готовы совершить парадный вход в Сидней. При этом мы будем пролетать запрещенную зону гавани. Благодаря стараниям Дика Смита нам любезно разрешили пересечь ее.
Трижды удивительный человек, Дик Смит, сейчас приземляется на вертолете рядом с нами посреди тучи пыли, работающих роторов и рева турбореактивного двигателя. Вокруг меня в воздухе сильный запах горючего вперемешку с ароматами луговых цветов и трав, еще покрытых росой. А я стою посреди всего этого с огромным желанием удержать, продлить это мгновение и сохранить его в памяти навсегда. Напротив чувствую холод алюминиевой стены ангара.
Я нахожусь в своем замкнутом мире и говорю себе:
"Спасибо, Господи, за то, что защищал нас во время всех этих бурь, зон турбулентности и тропических штормов. Благодарю, что оберегал меня и дал возможность насладиться и запомнить этот момент в одиночестве. Просто не верится: я действительно уже нахожусь недалеко от Сиднея – путь практически пройден ..." Тут я задумываюсь о том, как с помощью моей белой тросточки найти дорогу назад, туда, откуда слышится оживленный разговор небольшой группы людей. Потом я слышу, как стихает шум мотора. Несколько минут спустя я слышу австралийский акцент и чувствую сильное рукопожатие Дика Смита.
Этому "молодому человеку" с золотым сердцем 63 года. Он один из величайших мыслителей и авантюристов в мире авиации, который не перестает жить полноценной жизнью.
Вместе со своей женой Дик Смит создал свой успешный бизнес, начав со стартового капитала в 600 австралийских долларов. Спустя несколько лет он продал свой бизнес, уже известный по всему миру, за 25 млн долларов и посвятил свое время организации и успешному управлению другими компаниями. Одновременно с этим Дик успел стать первым человеком, облетевшим земной шар на вертолете.
Мы проверяем маршрут, радиочастоты и опять обращаем внимание, что нежелательно, чтобы вертолеты летели впереди. В противном случае есть вероятность попасть в создаваемую ими турбулентную зону, а это опасно для нашего аппарата. Мы все направляемся к своим самолетам. Я пытаюсь задержать этот магический момент: этот последний полет навсегда останется в моей памяти. Воздух наполняется шумом работающих моторов, который постепенно утопает в нарастающем реве вертолета Jet Ranger Дика Смита. Он взлетает первым.
Мы разгоняемся, я прислушиваюсь к своему датчику скорости. В наушниках слышно, как болтает Дик с другими пилотами, которые сообщают свои координаты и информацию о взлете.
Через мгновение я слышу безумно знакомый звук встречного ветра и чувствую его порывы. Я чувствую, как восходящее солнце озаряет небо. Мы делаем поворот направо и летим вдоль побережья ко входу в знаменитую гавань Сиднея. Теперь мое сердце стучит сильнее. Я испытываю искреннее наслаждение от того, что благодаря Дику Смиту мы получили разрешение на перелет через гавань Сиднея – абсолютно закрытую зону для всех, кроме вертолетов.
Через 20 минут мы оказываемся практически у входа в гавань.
Берем вправо, летим на высоте всего в 1000 футов. Увеличиваю число оборотов двигателя. Сдвигаю рычаг назад, и мы снижаемся до необходимой в этой зоне отметки в 500 футов, оставляя позади вертолет с журналистами (к их огорчению, они не могут лавировать на такой высоте). Начинается волшебный перелет через мост гавани. Ричард описывает мне прекрасный вид, который открывается перед нами. Он говорит, что сквозь облака пробиваются первые солнечные лучи, которые освещают оперный театр и мост, как будто наведенные прожекторы направлены на сцену нашего последнего акта.
Мы пролетаем над оперным театром и мостом, а потом пересекаем гавань и сообщаем о наших координатах.
Затем мы предпринимаем несколько самых рискованных маневров под невероятным углом. Мы делаем восьмерку несколько раз и торжественно парим в солнечном сиянии, прижатые к нашим сидениям силой инерции. Мне захотелось закричать, но это сразу бы оглушило Ричарда и заблокировало мои наушники, через которые я получаю необходимые сигналы, подтверждающие уровень высоты, компасный курс и угол крена.
После восьми недель ограничений я чувствовал себя дельфином, свободным и безгранично радостным. Я был так счастлив, так безгранично счастлив в тот момент, но в то же время осознавал, что скоро все закончится.
Мы хорошо приземлились и поехали в направлении предназначенной площадки перед ангаром.
В этот момент Ричард сообщил мне, что нас ожидает огромная толпа людей и множество телевизионных камер. Мы наконец остановились и в последний раз за эти 55 дня выключили моторы. Я снял свой шлем. Меня одолевали противоречивые чувства: с одной стороны, мы наконец-то прибыли, а с другой, мне хотелось, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось.
Нас окружили операторы и репортеры. Они засыпали нас своими вопросами. Следующие полтора часа прошли в непрекращающихся интервью. Наконец после двух часов в "атмосфере Центрального нью-йоркского вокзала" я понял, что настало время двигаться дальше. Я снял свой костюм, балансируя на одной ноге перед летательным аппаратом, держась как обычно за его борт, и вдруг я понял, что это конец.
Это не просто еще один день. Это последний день. Мы сделали это!
Радость, ликование, торжество куда-то отступили перед неожиданно накатившей волной разочарования. Жизнь – это путешествие, а не конечный пункт прибытия. Мы прибыли – сбылась мечта...