[Motonych]

и еще

Для понимания логики действий спецназовцев в тот день есть очень важный момент: злополучная машина - как и откуда она взялась. На самых первых заседаниях суда прозвучат слова адвоката потерпевших: в тот день, мол, в Шатое проходила конференция преподавателей районных школ, вот в "уазике" в Дай и возвращались сотрудники местной школы - директор и завуч, которые подвозили женщину-инвалида, крестьянина и лесника. Разведчики якобы прозевали машину, выбежали на дорогу и стали стрелять вслед. Но стоит лишь взглянуть на карту: где Шатой, где - Дай, а где - группа Ульмана! Спецназовцы сидели в засаде вовсе не со стороны дороги на Шатой, а с другой части выезда из села, контролируя дорогу на Циндой. И машина не возвращалась в Дай, а, напротив, выехала из него. И по сей день нет внятных объяснений, зачем тем людям вдруг понадобилось покидать село в сумерках, на ночь глядя - 11 января 2002-го солнце там зашло примерно в 16.49. Да еще народ в машине сплошь уважаемый, прямо как по специальному набору: директор, завуч, лесник, женщина-инвалид... Представьте: смеркается, спецоперация в селе в разгаре, а из него вдруг на высокой скорости прямо на засаду вырывается УАЗ. А у спецназовцев, в диком напряжении ожидающих прорыва Хаттаба, приказ командования: открывать огонь без предупреждения. Вот и открыли. Купившись, похоже, на "куклу", подсунутую противником: тем самым засада обнаружила себя. По мнению некоторых военных экспертов, все походит на подставу: людей могли "попросить" проехать по этому маршруту. Почти идеальный вариант проверки или отвлечения внимания: проскочат - один расклад, если же у русских там пост или засада - обязательно должны остановить или обстрелять машину, тогда цель достигнута - и засада выявлена, и внимание спецназа отвлечено. Домыслы? Но только так и могли мыслить спецназовцы и их командование. Потому задержанных наверняка допросили - с пристрастием, по законам военного времени. Если бы поймали тогда Хаттаба, ждала бы их иная судьба? Сомневаюсь. Однако тот ушел (если вообще там был), остались ненужные свидетели, которых пришлось "зачистить". Может, еще и потому, что командование не желало допустить их допроса уже... противником: хороший допрос, к примеру, мог ведь и вывести и на след того агента, который навел русских на Хаттаба. Хотя, повторюсь, никто, кроме Ульмана и его командиров, не знает, что там на самом деле произошло, как неведомы нам и истинные цели той спецоперации, налицо лишь шесть трупов, И явно лживые версии - следствия и самого Ульмана.
Для меня в этой истории очевидно: капитан Ульман - козел отпущения, тот крайний, которого отцы-командиры сдали, чтобы не сесть самим. Потому как их вина больше. Именно те, кто планировал операцию и руководил ею - они и создали "ловушку Ульмана", они и должны в первую голову нести ответственность. Столь же очевидно для меня, что действия капитана Ульмана и его подчиненных (если верить обеим версиям), когда они открыли огонь по машине (убив одного человека и ранив двоих), под УК вряд ли подпадают: тут капитан действует в уставных рамках. В этой части обвинения сам я, будучи присяжным, голосовал бы за оправдательный вердикт. А вот последующий расстрел пяти человек, уверен, вовсе никакая не самодеятельность Ульмана, как стремится доказать обвинение: без приказа свыше ничего этого и быть не могло. О чем и свидетельствуют доступные материалы. Однако дальше моя позиция расходится с точкой зрения тех, кто оправдал капитана: не мог Эдуард Ульман не понимать, что получил преступный приказ, хотя бы потому, что не может быть приказа о расстреле. Понимал, однако исполнил, ибо де-факто действовал в тылу врага и на войне.
Если, конечно, все было так, как описывают обе стороны, обвинение и защита. Во что я не верю ни на грош. Налицо же умышленно сконструированный правовой тупик, куда загнали российских военных: они воюют на своей территории, но войны нет; отвечать они должны по законам военного времени - их тоже нет; незаконные приказы исполнять не должны, однако нет механизма ни определения их незаконности, ни неисполнения... И нынешнюю российскую власть такое положение вполне устраивает, ибо позволяет творить что угодно, сваливая потом ответственность на рядового исполнителя. С деликатностью положения которого, как известно, разобрались в Нюрнберге: исполнение приказа не снимает ответственности с его исполнителей, отвечают все. Вот только для ГВП Нюрнберг не указ, потому она и не жаждет так расследовать дело, чтобы на скамью подсудимых сели и начальники Ульмана, а также те, кто фальсифицировал улики и давал ложные показания. Но все они, по моему глубокому убеждению, должны сесть на скамью подсудимых не вместо Ульмана, а вместе с ним.
Владимир Воронов
Опубликовано 25 апреля 2006 года.
Источник: Журнал "Новое время"