|
Cон
Мне грезится порою по ночам
Один и тот же сон про мой любимый город.
Такой кошмар не снится даже палачам,
И даже тем, кого замучил голод.
Мне снятся огромадные клубы
В небе отравленного дыма,
Исходит этот дым лишь из одной трубы,
Что в центре. Заволакивает с тыла.
И проникает в сердце горожанам,
Им заволакивает ум,
И пробуждает в душах раны,
И пробуждает много негативных дум.
Мне снится небо в черных облаках,
Не пропускающих солнца лучей.
И женщины в солдатских сапогах,
И мир, который стал ничей.
А люди в городе полны отчаянья,
Полны цинизма и тоски.
И, кроме робкого ворчанья,
От эшафота слышен скрип доски.
Поджав хвосты, бегут все звери
Подальше от холодной пустоты,
Закрыты в городе все двери,
И все давно разведены мосты.
От безработицы вокруг
Все люди одичали и поникли.
От голода невыносим стал труд,
А вместо денег грязь и кнут возникли.
И будто бы вернулись резко
Из века нашего в средневековье,
И как-то необыкновенно мерзко
Два идола висят у изголовья.
И в ожидании чудес
Иль хоть каких-то улучшений
Не замечают люди все небес,
Мечтают лишь о завершении мучений.
И с ужасом проснувшись, я кричу: Так не бывает!
Это был сон. Всего лишь сон.
Но в тишине звуки растают.
Счастлив лишь, кто от жизни пробужден…
|