[Сержант]

Ну вот, опять двадцать пять... Ладно, тогда я тоже продолжаю гнуть свою линию, пробуя показать православный взгляд на иконы и на идолов.

Омега вот хотел про предание святоотеческое послушать, похоже, не отвертишься, надо говорить, причем аккуратно, т.к. брат Никодим принципиально считает, что углубляться в эти вещи на форуме неуместно.

Итак, я в свою очередь обвиняю тебя и Омегу в идолопоклонстве, ибо вы идете путем положительного знания.

Выше я писал, что положительного богословия икон нет. Это не случайно, потому что все так ценимое нами святоотеческое богословие - отрицательное. Оно не объясняет и не познает непознаваемого Бога, а созерцает Его через отрицания, через то, что Бог не есть, оно мистично именно постольку, поскольку на высотах своих отрицает всякое положительное знание. Это краеугольный камень. Святые Отцы так ценятся нами потому, что они устояли в чистоте апостольского общения с Богом, не подменив его никаким идолом ака описательным понятием, положительной "идеей".

В этом смысле мы сравниваем "Лествицу" с восхождением Моисея на Синай. Народ стоит у подножия, чуть выше священники, потом Аарон, и только один Моисей входит в Божественный Мрак неведения, в полноту отрицания, в богообщение, созерцание, обожение.

Церковь предлагает много духовных путей. Омега ратует за пример первых христиан - пожалуйста, он может стать православным иноком, умереть для мира и обрести в иночестве все то, о чем мечтает - не участвовать в мирском, всецело посвятить себя общению с Творцом. Если он до конца будет честен, думаю, этим и завершится.

Есть пути мирские, есть пути священнические, есть монашеские ("идеальные"). Все они опираются на отрицательное мистическое богословие. На каждой ступеньке "лествицы" христианин борется с идолами, с понятиями, с искушением сказать - "вот, я познал Бога", воспитывает в этом смысле свой ум. И иконы, как это не парадоксально, помогают ему в этом.

Подобно тому, как Христос наполнил Собой смерть, христианство наполняет собой всякое запустение. Говорят - христианство адсорбировало какой-то языческий обычай. Нет, христианство наполнило и преобразило его. Говорят - аскетическая практика православного монашества (послушничества) и буддийского "гуруизма" использует одинаковые методы. Да, они могут быть похожи внешне. Но наполненность - диаметральна. В годы увлечения про-восточными философами я читал о случаях, когда в качестве мантры адепту давалась Иисусова молитва - чудовищная подмена! Но она показывает, что важна суть, а не форма: "По делам их узнаете их".