[Антон Ю.Б.]

Камиль, вот мои ответы в качестве ответов:
1) На Церковь можно смотреть и на как организацию, но если ты не понимаешь, что такое церковь, то такой взгляд приведет тебя в тупик. Сколько бы Вы не приводили примеров из нашей реальности, которых мы знаем не менее, но церковь - это не общий знаменатель этих примеров, а, хотя бы, общий знаменатель нашего ее восприятия. Разумеется это не определение Церкви, но если Вы упорно не хотите попытаться понять понять, что такое Церковь на самом деле, то признайте хотя бы фактом этот общий знаменатель нашего восприятия - этот факт тоже нельзя игнорировать.
2) Исключительное отношение Церкви этим людям не обещается. Если есть исключительность в поминальных службах и прочем, то это несколько иное. Нормальный православный понимает, что спасается не этим, а в том, чем это происходит действительно, ни один священник ни одному человеку не сможет пообещать и обеспечить исключительности. В дополнение к этому и сказанному ранее скажу, что мы вполне готовы согласиться с Ал-Газали: "Залогом того, что ваше поклонение будет принято, является правильное вероубеждение". Именно этого мы ждем от человека и надеемся на это.
3) Если кто-то из священников использует возможность привлечения денег, пренебрегая призывом человека к спасению и помощи ему в этом, а также совращая случившихся рядом, как Ваш приятель, то это огромная беда. Ей нет никакого основания даже в самом упрощенном понимании Православия и ответить перед Господом за это придется.
4) Деньги, жертвуемые Церкви - это не жертва на отчужденную организацию, типа ДОСААФ (McMasters продолжает фуфлыжничать в соседних ветках и приводит слова Кинчева, являющиеся аллюзией на строчку Высоцкого: "Купола в России кроют чистым золотом, чтобы чаще Господь замечал"). Это не паллиатив поддержания формы, которая неснимаемо противоречит содержанию. Апостол Павел призывал жить трудом своих рук, однако надо сильно не желать видеть органичности именно той Церкви, которую он строил, шагов, которые привели к иному способу обеспечения Церкви и священников. Этот способ, как и любая форма свободы чреват злоупотреблениями, однако, уж не Вам бы мне объяснять о неисправимости в целостности, да еще и в социуме, человеческой природы. Однако же, Вы хотите от реальной жизни безъизьянности и непогрешимости. Неужели этим Вы хотите измерить то, что этим не меряется? Церковь остается Церковью не соответствием этих людей принципам моральной непогрешимости, что не снимает необходимости требовать от них этого. Ну оставим, Церковь, тем более, что отказываетесь Вы на Нее посмотреть так, чтобы понять. Но Ваша любимая жена остается любимой женой при всех своих недостатках. Если Вы станете приводить некоторую иерархию недостатков и проводить линию терпимости к ним, то я соглашусь лишь частично - степень недолжности, когда священник должен быть извержен из сана, и степень искажений вести о Христе, когда Церковь перестает быть Церковью, определяется не из всем понятных "общечеловеческих" требований, которые, впрочем, этим не отрицаются, но ставятся на свое место. Ваш мотив понятен - провести неснимаемое в рамках организации противоречие между самой организацией и вестью, которую она ограждает, а затем снять это противоречие свободным обращением человека к Богу. Все бы хорошо, но мы живем Евхаристией, которая оставлена нам Христом именно в основанной им Церкви. Именно это и составляет существо Церкви и отказаться от этого мы не можем. В исламе можно спорить о принципиальной легитимности клерикализма и вписываться при этом в Коран и варианты дополнительного ему предания, однако на место клерикализма ставится при этом не религиозный индивидуализм и волюнтаризм. И Ал-Газали, легитимируя суффизм в глазах традиционного ислама, оправдывал другое. Как бы то ни было, но с отказом от Церкви в христианстве никаких таких возможностей нет. И отказываться от Нее мы не собираемся, и воспринимать ее организацией тоже.
5) Что касается Вашего товарища, то я не сомневаюсь в том, что Господь не предлагает никому попробовать понести сверх своих сил. Ранневизантийский имперский энтузиазм остался, слава Богу, в истории и мы не рассматриваем пышность внешних форм Церкви одним из основных миссионерских средств. Скорбим о недолжности форм вне пышности, но и на них не опираемся, и Церковь видим не в них. Христос являет Себя в Своих верных. Как сказал митрополиту Антонию (которого я Вам по-прежнему рекомендую) его духовный отец, никого нельзя призвать к жизни вечной, пока в чьих-либо глазах, он не увидит ее сияния. Если Ваш товарищ не увидел этот свет и обратил внимание на ту скорбь, которой был свидетелем, то это его выбор - Христос никого не насилует даже очевидностью, впрочем, и не оставит его и станет предлагать выбор далее. Если же такой человек ему еще не встретился, то он обязательно будет, и выбирать придется тогда. Я согласен, что если бы мы в Церкви более соответствовали своему призванию, то и свет бы остальные видели чаще, и вообще многое было бы по-иному. То, что мы плохо соответствуем своему призванию, говорит о нас, а не о Церкви, и не делает Ее организацией. Позволю себе еще раз процитировать Ал-Газали: "Таков обычай людей со слабыми рассудками; они познают истину через людей, а не людей через истину" и приводимые им слова халифа Али: "Не познавай истину через людей, но познавай истину саму по себе - и ты узнаешь ее поборников"