Показать сообщение отдельно
Старый 05.10.2009, 09:28   #125   
МИРОВОЕЗЛО
 
Аватар для Sandy
 
Сообщений: 103,623
Регистрация: 13.05.2002

Sandy вне форума Не в сети
Цитата:
Сообщение от Vadag Посмотреть сообщение
с того же форума. По поводу "первого звездежа"
ишто? хочешь я тебе приведу отзывы людей которые были в плену и их почему то не расстреляли нисколько? пример с старостой которого опять же не расстреляли - я лично знал этого человека..
и на Колыму их почему то не ссылали опять же... это как раз и говорит о том что СИСТЕМЫ не было... были конкретные случаи и конкретные люди как в той так и в другой ситуации... и любой вапрос зависел исключительно от местного особиста..

вот кстате вам сайт с воспоминаниями http://www.iremember.ru/ если уж хотите конкретики там ее навалом..
вот в частности
http://www.iremember.ru/content/view/563/87/lang,ru/

Цитата:
На четвертые сутки после нашего выхода из Ярмолинцев, мы остановились на привал, на ночевку в лесу. Ротный выставил часовых, и мы завалились спать. Шинелей у нас не было, а ночь выдалась холодной. У меня в вещмешке был свой, еще гражданский пиджак, в котором я призывался, (домашние вещи мы назад не отослали, команды такой не было), так я накинул пиджак на гимнастерку и заснул. А на рассвете какой-то шум, товарищ меня локтем в бок толкает.
Я глаза открываю, а вокруг немцы, длинным рядом стоят!..
Винтовки на нас направили , гогочут и улыбаются – «Иван! Гутен морген! Хенде хох! Ауфштейн! Ком! Шнель!». Это было настолько ошеломительно, странно и страшно, и казалось таким неправдоподобным! Не может быть!...
Какие немцы !? Откуда!? Где ротный? Где часовые?
Мы, как загипнотизированные, в оцепенении и в изумлении, поднимались под дулами винтовок, никто не то чтобы выстрелить, карабин свой схватить не успел. Никто даже не пытался кинуться на немцев. Это был просто шок…
Вот так нас в плен и взяли, всю роту. Комсомольцев, кадровых солдат…
Без какого – либо сопротивления, без единого выстрела с нашей стороны. Окружили на рассвете и все… Построили в колонну и погнали на запад.
-----------------------------------
И тут я понял, что это мой шанс, бежать надо сейчас и именно здесь!.
И я, выждав момент, когда ближайший охранник отвернул свою голову в сторону, просто сделал два длинных шага из колонны и заступил за «черту» , на которой стояли местные крестьяне. Не побежал дальше , а остановился, как вкопанный, рядом с людьми, встал за их спинами, и застыл на месте. Пиджак – то на мне гражданский, а петлицы я заранее сорвал. Местные , увидев мой «маневр», только покосились на меня, но промолчали. И как только всю огромную колонну провели через село , я кинулся за дома. У какого –то крестьянина за свои сапоги выменял старые дырявые ботинки. Я отдал ему свое новое обмундирование, и получил взамен рваные брюки, и своим внешнем видом, как мне тогда казалось, уже ничем не выделялся среди крестьян. Но подстрижен то я был под «ноль» , как и все рядовые красноармейцы. Красноармейскую книжку и комсомольский билет спрятал в ботинок. А потом стал думать , куда идти дальше.
Пошел прямо на восток, и понял, что не пройти, немцы на всех дорогах, на моих глазах хватали всех, кто был хоть как- то похож на красноармейца.
До моего родного местечка Монастырище почти пятьсот километров.
----------------------------------------
Я поговорил с молодыми ребятами, все согласились, что надо погибнуть достойно или попытаться уйти в лес и начать партизанские действия.
Мы были обязаны успеть отмстить за своих убитых родных.
В группе, готовившейся к побегу было восемь человек. Я, Рабин, Корман, два брата Мильнера из нашего местечка , и трое евреев из военнопленных.
Большая часть узников гетто, в том числе и я , работала на обозном заводе, где еще делали гробы для немецких офицеров и солдат. Кто-то из ребят работал на покраске гробов, и одному из них, охранники разрешали уносить с завода мешок со стружками для топки печей. Охрана к этому привыкла.
Рядом, в помещении бывшей еврейской школы, немцы в одной из комнат сделали склад «советского трофейного» оружия. Ребята смогли снять слепок с ключей от этого склада, а я сделал ключи, как никак, слесарь шестого разряда .
И мы потихоньку выкрали из этой «оружейки» : 6 карабинов, две гранаты и несколько цинков с патронами. Товарищ, постепенно, ствол за стволом, вынес все оружие по частям в мешке со стружками.
Отдельно я раздобыл через украинцев пистолет и обрез винтовки.
В ноябре 1942 года мы ушли в лес.
классика как грицца.. взяли без выстрела без шума во сне.. сбежал ушел в партизаны
и что же злобные особисты?
Цитата:
Г.К.- Что произошло с Вами, когда партизаны соединились с частями Действующей Армии?
Н.З. – В феврале сорок четвертого года к нам навстречу вышли разведчики из Красной Армии. Мы обнимались и плакали от счастья! Сбылось! Наши вернулись!
Сорок человек из отряда сдали оружие и поехали в Киев , в Штаб Партизанского Движения. Прошли проверку в Особом Отделе.
Мне вручили орден Отечественной войны, медаль «За Отвагу» и партизанскую медаль. А потом предложили вернуться в родные края, и остаться работать в местной милиции, мол, ты все знаешь, и всех знаешь , кто и что в оккупации творил, помоги нам, помоги восстановлению Советской власти. Я согласился.
Но мне дали строгий приказ – «Самосуда не допускать! Всех полицаев будем судить по советским законам!». А как мои руки справедливо «чесались»!..
Поймал одного из самых зверствовавших полицаев, Чичикозу.
Он, моего немощного, почти девяностолетнего деда , на моих глазах, за белую бороду к расстрельной яме тащил и собственноручно расстрелял.
Я избил этого мерзавца до полусмерти, но сдал его в районную милицию живым .
И этого полицая потом судили и повесили.
А скольким убийцам удалось уйти от возмездия, сбежать с немцами, или «под шумок уйти в армию» через полевой военкомат, или просто , отделаться по приговору суда «легким испугом» - 10 лет лагерей…
И у меня не выдержали нервы, я пришел в военкомат и сказал – «Все, не могу больше, забирайте меня в армию. Иначе я кого- нибудь убью. Я не хочу здесь больше оставаться! Я не могу видеть эти бандитские рожи, этих зверей – полицаев, и тех, кто им помогал!». На медицинской комиссии мне врач говорит – «Зачем тебе это все надо? Ты что, в партизанах не навоевался? В тебе и так несколько осколков сидит». Отвечаю – «Я еще с немцами полностью не рассчитался. Я еще до их логова дойти хочу, и над фашистской сволочью покуражиться, как они над нами издевались!» . Меня призвали, отправили в запасной полк, а оттуда, я попал служить в артиллерию, в 387-й ИПТАП под командованием майора Пименова.
Командиры увидели, что я в любых механизмах разбираюсь и все могу починить, так определили артмастером на батарею 105 - мм трофейных пушек на конной тяге.
Г.К.- Дошли до вражеского логова?
Н.З. – Не удалось. Не посчастливилось… В середине марта 1945 года, уже на подходе к австрийской границе, я находился на НП командира дивизиона.
Немцы пошли в атаку , начался сильный артобстрел. Один из снарядов прямым попаданием разворотил перекрытие и разорвался внутри НП.
Командира дивизиона и еще несколько человек убило, все остальные были тяжело ранены. Мне один осколок раздробил правое бедро, второй - попал в левую руку , оторвал два пальца и изуродовал кисть, а третий осколок попал в лицо и срезал нос.
Одним махом я получил столько , сколько другим за всю войну не выпадало. Подобрали, перевязали, потом отвезли в медсанбат, оттуда – в эвакогоспиталь №145. Только там я впервые после ранения пришел в сознание.
Лежал в госпитале в Чехословакии , а потом меня повезли в советский тыл .
Хотели ногу сохранить , но не получилось .
9 мая 1945 года , в Киеве, в день окончания войны, мне ампутировали правую ногу . Эта была высокая ампутация, до костей таза…
В госпиталях я пролежал после войны еще полтора года.
На лицевую операцию возили сначала в Харьков, где ее делал профессор Фрумин, а затем на «косметическую» в Ленинград в специализированный госпиталь.
Сделали пластику, и отправили назад в Киев.
Г.К. – Когда Вы вернулись в Монастырище?
Н.З. – Выписали меня домой только в январе 1947 года.
Вернулся на костылях в родные места. Без ноги, с изуродованной рукой и лицом.
Но нашел свое личное счастье, женился на прекрасной девушке Симе, с которой мы уже 60 лет идем вместе по жизни. Вырастил двух дочерей.
Пошел работать. Сначала всякие подсобные «бумажные работы» в бухгалтерии, в переплетном цеху, но потом я все это оставил, и стал работать заготовителем.
  Ответить с цитированием