Воронеж в Великой Отечественной войне, героическая оборона города

[O Dэ]

Сообщение от Игорь Ник

Да, извините, забыл выложить. Газета в целости. Далее тоже о боях в Воронежской области.

спасибо за газету. прям, шкурой прочувствовала, как говорится, что тогда происходило
но больше всего порадовало, что о Воронеже и Сталинграде пишут о каждом самостоятельно, а не объединяют в "Сталинградская битва"

[vik 01]

Коммуна, 12.12.2015
Они защищали Родину. Бои Петра Тильченко и Владимира Лавриненкова в воронежском небе

Валентин Котюх, председатель Воронежского реготделения ООПО «ВСС М.Т.Калашникова»
У села Чернава Измалковского района Липецкой области, на аэродроме с одноимённым названиям, в июле 1942 года находился 753-й истребительный полк под командованием майора Александра Васильевича Румянцева и батальонного комиссара Василия Тимофеевича Стенченко. На истребителях Як-1 пилоты прикрывали наши наземные войска в ходе ожесточенных боев в районе Большой Поляны, Перекоповки, Голая Снова, Большой Верейки и Воронежа, сопровождали штурмовики, вели свободную охоту на вражеских истребителей.

Первый боев день, шестого июля, закончился не в нашу пользу. В воздухе летчики провели три групповых боя. Командир эскадрильи 23-летний младший лейтенант Петр Тильченко в районе Большой Поляны впервые сбил вражеский самолет – Ме-110. В схватках с врагами полк потеряла четыре истребителя. Не вернулись с боевого задания сержанты Иван Игнатьевич Царенков, который выбросился на парашюте и был расстрелян фашистами в воздухе, на глазах солдат 8-го кавалерийского корпуса, у деревни Тульское Тербунского района Липецкой области, и Чугайнов. Сбиты в бою «Яки» командиров звеньев лейтенанта Еремина и Кученкова, но сами они возвратились в часть.

Седьмого июля в трех воздушных боях в небе над селами Большая Поляна и Дубровка Новосильское Тильченко сбил два Ю-88 и Ме-109. До этого дня сбить три самолета в одном бою при защите Воронежа не удавалось никому. Радость победы была омрачена потерей друга – старший лейтенант Чистяков не вернулся с боевого задания.

На другой день, в районе прикрытия у сел Большая Поляна, Верхоносовка, Верейка и Гремячье, пятерка наших самолетов завязала воздушный бой с превосходящими силами врага. В бою командир полка майор Румянцев и младший лейтенант Тильченко сбили по одному МЕ-109. Открыл счет своих побед и ведомый Петра Григорьевича старший сержант Владимир Дмитриевич Лавриненков. Наши потери – Як-1 сгорел вместе с сержантом Кожевниковым, а младший лейтенант Владимир Прокофьевич Анашкин сумел посадить свою подбитую машину на нашей территории.

Девятого июля ведомый Лавриненков сбил второй Ме-109. Наши потери – два Як-1. Пилот Мясников погиб, а раненый сержант Воронков выбросился на парашюте.

В боевом журнале 288-й истребительной дивизии, в состав которой входил истребительный полк, стоит запись: «10 июля в районе прикрытия Б. Поляна, Дубровка, Новосильское шестью самолетами выполнено двадцать четыре боевых вылета. Проведен один групповой бой, в результате которого командиром эскадрильи Тильченко сбито три МЕ-109». Наградной лист на героя боя уточняет: произошло это над селом Колыбелька, на высоте 3000 метров Тильченко и Лавриненков встретили пять «мессершмиттов» и вступили с ними в неравный бой.

В вечернем сообщении Совинформбюро от 15 июля об этом бое узнал весь мир. «…За последние несколько дней летчики части полковника Данилова сбили в воздушных боях 51 немецкий самолет. Летчики младший лейтенант Тильченко и старший сержант Лавриненко встретились в воздухе и вступили в бой с 5 немецкими истребителями. В первой же атаке тов. Тильченко сбил один «мессершмитт». Самолет Лавриненко получил повреждение и вышел из боя. Оставшись один, товарищ Тильченко снова вступил в бой и сбил еще два немецких истребителя». (Такое написание фамилии – Лавриненко, а не Лавриненков – встречается и в журнале боевых действий. Но это одно и то же лицо).

Петр Тильченко был инициатором нового вида уничтожения врага - «свободной охоты». Это когда летчики сами находили и били врага.

В книге «Возвращение в небо» дважды Герой Советского Союза Владимир Дмитриевич Лавриненков этот бой описывал так: «Мы встретили шестерку «Мессершмиттов-110». Они шли под небольшим ракурсом к нам. Расстояние между нами и «мессерами» стало быстро сокращаться. Заметив нас, фашисты тут же изменили боевой порядок и встали в вираж. И в этот момент я допустил непростительную оплошность: не раздумывая, прямо с ходу я тоже встал в вираж…. Иначе поступил Тильченко. Использовав разгон машины, он резко ушел вверх, в сторону солнца. Его решение было правильным — он исходил из технических преимуществ своего Як-1. Я не догадался последовать примеру своего ведущего и в момент завязки боя упустил инициативу.

Прошло несколько секунд. Тильченко сразу сбил одного Ме-110, а сам снова взмыл вверх и вторично повис над фашистскими самолетами. Я же оказался зажатым в клещи. Затеяв бой, я тоже пытался тянуть вверх, но мне так и не удалось уйти от противника, чтобы занять сколько-нибудь выгодное положение. Почти непрерывно по мне стрелял шедший в хвосте Ме-110. Как только я делал попытку уменьшить радиус виража и ускользнуть из-под его удара, по моей машине начинали бить по меньшей мере два немецких самолета. …Вскоре на моем самолете появились пробоины. Были серьезно повреждены левый элерон и руль поворота. Едва успев отвернуть от трассы одного «мессера», я попадал в струю огня другого. И тут услышал по радио голос Тильченко:

— Держись, Володя! Пилотируй! Не давай себя расстрелять. Лови момент, чтобы уйти.

Лавируя по вертикали, Тильченко вел бой. Действовал он решительно и стремительно. После очередной атаки моего ведущего еще один «мессершмитт» вывалился из круга. Успех командира ободрил меня. Да и противник вел бой уже не так, как вначале. Потеря двух самолетов сбила спесь с немецких летчиков.

— Уходи... пикируй! — снова донесся до меня по радио голос Тильченко.

Использовав замешательство гитлеровцев, я перешел в пике и почти отвесно понесся к земле... На выходе из пикирования стал искать своего ведущего. Он все еще дрался. «Як»Петра сделал красивый вертикальный росчерк: в этот момент он ударил третьего «мессера»...» (Лавриненков в своих мемуарах называет командира Николаем. Видно подвела память дважды героя. )

Представляя Петра Григорьевича к ордену Ленина командир полка писал в наградном листе: Командир второй авиаэскадрильи Тильченко с 5 июля 1942 года совершил 20 боевых вылетов. Сбил семь самолетов. В бою два раза подбит. Самолет получил пробоины бензобаков и водосистемы, но он умело и уверенно сажал его на своем аэродроме без малейших поломок».

13 июля отличился ведомый Лавриненков. В трех воздушных боях в районе прикрытия наших войск у сел Большая Поляна, Дубровка, Новосильское старший сержант Лавриненков и старшина Побережный сбили по одному немецкому истребителю.

21 июля в районе Ломово, Лебяжье, Большая Верейка летчики полка участвуют в четырех воздушных боях. Тильченко сражается с тремя вражескими истребителями .Он сбивает «мессершмитт», но и его самолет в бою подбили. Фашисты пробили бензобак, лонжерон, перебита тяга управления газом, но он сумел сесть на поврежденном самолете. В другом бою в этот деньМе-109 сбил командир звена лейтенант Кученков. Из боя не вернулись младший лейтенант Алексей Зиновьевич Фортушин и старший сержант Номеносенко.

Восстановив самолет за ночь, на следующий день, патрулируя в этом районе, Тильченко сжег еще один немецкий стервятник. Полк в этот день не вернулся старшина Побережный.

24 июля последний день полка на защите Воронежа. Тильченко вместе с старшим лейтенантом Константином Антоновичем Длужицким и старшиной Афанасием Карповичем Бомко прикрывал наземные войска в районе Большая Верейка, Ломово. Они заметили группу бомбардировщиков из 12 самолетов. Внезапно атаковав, летчики рассеяли строй фашистов. В этом бою Тильченко и Длужицкий сбили Ю-88 и один подбили, а старшина Бомко подбил «мессершмитт» прикрытия. В другом бою в этот день праздновал победу Лавриненков, сбивший «мессер».

31 июля часть летчиков полка, куда попали Тильченко и его ведомый, переводят в 287-й истребительный полк, который на аэродромах «Мясново» и «Волынцево», неподалеку от Тулы, овладевает новыми самолетами Як-7. Пётр Тильченко назначается командиром звена с понижением в должности, хотя раньше он служил командиром эскадрильи. Двадцать дней учебы и отдыха прошли быстро. Полк перебрасывают под Сталинград.

22 августа Тильченко сбил свой единственный «мессершмитт» в Сталинградской битве в районе Фастов, Ширков. 25 августа 1942 года он, уроженец хутора Шемшиловка Александровского района Ворошиловградской области, погиб у села Верхнее Погромное Сталинградской области, в 10-15 километрах от аэродрома. Его жена, Демьянова Любовь Дмитриевна, проживала в селе Подкопиево Малоархангельского района Курской области.

Вот как описывал гибель командира, друга, наставника его ведомый:

«Все произошло так нелепо! Утром полк, взлетев парами, оставил перегруженный, уже известный противнику аэродром. Петр Тильченко один, без ведомого, оторвался от земли последним. «Як» моего ведущего только еще набирал высоту, когда на него напали два «мессера». После нескольких очередей машина Тильченко резко пошла вниз. «Як»взорвался километрах в десяти от аэродрома. Черный столб дыма поднялся над ровной степью... Возможно, на том месте, где произошла трагедия, люди когда-нибудь найдут орден Ленина, уцелевший в огне. Не знаю... Знаю только, что в моей душе и в сердцах однополчан навсегда сохранится добрая память о бесстрашном бойце — нашем верном друге...»

Тильченко за неполный месяц боев сбил в воронежском небе десять самолетов лично и один в группе, а один подбил в группе. Он по праву считается самым результативным летчиком в битве за Воронеж.

Его ученик Лавриненков 23 августа 1943 года таранил вражеский разведчик и раненым, в бессознательном состоянии попал в плен. Оттуда он бежал, воевал в партизанском отряде, а затем снова бил фашистов в воздухе. К концу войны он совершил 448 боевых вылетов, в 134 воздушных боях сбил лично 35, а в группе 1– 1 самолётов противника, четыре из них – в воронежском небе.
На фото: Старший сержант Владимир Дмитриевич Лавриненков

[Samsv]

Сообщение от vik 01

Коммуна, 25 января 1977 года.

Автор статьи "В нашем городе" - военкор газеты "Правда" - это
Яков Евсеевич Цейтлин.
В 1925 г. работал наборщиком в типографии в г. Николаеве. Первые стихи опубликовал в 1924 г. в газ. «Красный Николаев». В 1928 г. выпустил книгу стихов «Жажда». В дальнейшем журналист-очеркист в газетах «Комсомольская правда», «Социалистическое земледелие», «Известия», где выступал под псевдонимом «Я. Цветов». В годы Отечественной войны — военный корреспондент «Правды». После войны выходят его книги «Повесть о Кирилле Орловском», «Выбор Ивана Демина» и роман «Птицы поют на рассвете».

О письме Есенина к Цейтлину впервые упомянула в своих воспоминаниях «Как жил Сергей Есенин» (М., 1926) С. Виноградская. Однако текст письма долго оставался неизвестным. Он хранился в архиве С. А. Толстой-Есениной и впервые был напечатан уже после ее кончины. Но еще в 1956 г. она познакомила автора данного комментария с этим письмом и рассказала его историю: «Случилось так, что последним адресатом Есенина стал рабочий паренек из города Николаева, комсомолец, увлекающийся поэзией, пишущий стихи. Несколько своих стихотворений он прислал Сергею; просил совета, поддержки, помощи. В письме он рассказывал о восторженном отношении молодых литераторов города Николаева к поэзии Есенина, „жаловался“, что у них в библиотеке нет книг Сергея, просил, если возможно, прислать им хотя бы один из его стихотворных сборников. Насколько я помню, — продолжала Софья Андреевна, — стихи молодого николаевского поэта понравились Сергею своей искренностью чувств. Он написал об этом их автору. Письмо Есенина было проникнуто заботливым отношением к молодому поэту, его стихам. Из Николаева вскоре пришло восторженное ответное письмо, полное благодарности к Сергею. Но... Есенину было не суждено его прочитать. Письмо это было получено после смерти Сергея Александровича. Позднее след молодого поэта из Николаева затерялся. Неизвестно, где он находится и сегодня. Жив ли он?»

Прошло немало времени, прежде чем в 1962 г. (почти сорок лет спустя) удалось найти автограф письма Цейтлина (Цветова) и его стихи, которые он послал Есенину, а позднее, в начале 70-х годов, разыскать его самого. (Подробнее см.: Прокушев Ю. Последний адресат Есенина. — Журн. «Москва», 1980, № 10, окт., с. 200—212).

http://esenin.velchel.ru/index.php?c...letter=let_253

Сын писателя, поэта и журналиста Якова Евсеевича Цветова (Цейтлина)
тоже довольно известен:
Владимир Яковлевич Цветов (11 июля 1933, Москва — 5 октября 1993, Токио, Япония) — международный обозреватель, телекомментатор, востоковед, японист.

[vik 01]

Коммуна, 9 мая 1969 года.

[Fireburned]

vik 01 Есть инфа что Иван Кожедуб в составе в 240-й истребительный авиационный полк 302-й истребительной авиационной дивизии начинал летную карьеру под Воронежским Фронтом но ничем особенным в этот период не отличился да и вообще является вторым по результативности после Покрышкина у которого не менее 114 личных побед по закрытым архивам

[Игорь Ник]

Что же, про Кожедуба всё правильно, всё может быть. А вот про Покрышкина - глубоко сомневаюсь. Закрытые архивы, в которых указано большее количество побед?! Быть не может! Наоборот, число побед всегда очень сильно преувеличивали и афишировали. Причём, в начале войны, по ошибке, Покрышкин сбил наш Су-2. Штурман погиб. Интересно, его тоже зачли?!

[Locall]

Годах в семидесятых в Воронеже, в Доме офицеров проходила встреча ветеранов, на сколько помню, 2 или 5 воздушной армии, точно уже не вспомню. В частности были космонавт Береговой, Кожедуб, Был Девятаев, тот самый который с группой военнопленных бежал на угнанном Хенкеле из концлагеря на о. Узедом. Я приходил на эту встречу у Дома офицеров. Помню Георгий Береговой был сильно блокирован телохранителями, но я умудрился взять у него автограф, так же как и у Кожедуба и Девятаева. Увы со временем потерялось. Но была такая интересная встреча в Воронеже

[Fireburned]

Игорь Ник а я вот в цифре 114 ни разу не сомневаюсь потому что огромное его количество сбитых были уничтожены и упали за линией фронта и поэтому эти победы не подтверждались. даже по его книге "познать себя в бою" их не меньше 150 и вообще немцы в воздухе своих предупреждали если слышали позывные о его приближении уже начиная с 1942го. тем более что воевать он начал в 1941ом

Т.е логически выходит что немцы сами его в эксперты записали, американцы ему вообще выписали медаль летных заслуг 1го класса и только у нас он небыл полноценно признан ввиду того что весь 1941-1942 собачился с командованием по поводу тактики действия истребителей в бою и как вообще надо было строить воздушные операции. его признали только в 1943 когда уже много кто асом стал кто с ним полку летал

[Cheechaa]

Сообщение от Игорь Ник

Что же, про Кожедуба всё правильно, всё может быть. А вот про Покрышкина - глубоко сомневаюсь. Закрытые архивы, в которых указано большее количество побед?! Быть не может! Наоборот, число побед всегда очень сильно преувеличивали и афишировали. Причём, в начале войны, по ошибке, Покрышкин сбил наш Су-2. Штурман погиб. Интересно, его тоже зачли?!

Вам покоя не дают закрытые архивы или сколько сбил на самом деле Покрышкин?
И что Вам это даст, если точно узнаете сколько он сбил?

[vik 01]

Коммуна, 08.01.2016 15:54

Они защищали Родину. 721-й истребительный авиационный полк в битве за Воронеж

Валентин Котюх, председатель Воронежского реготделения ООПО «ВСС М.Т. Калашникова»
721-й истребительный авиационный полк, сформированный в городе Горьком при 2-м запасном авиационном полку приказом НКО СССР от 06.01.1941 года, в первый год войны, защищал от вражеской авиации военно-промышленные объекты города Рыбинска. Пилоты летной части были хорошо подготовлены. Летчик не допускался к самостоятельным полетам, если не умел хорошо стрелять и летать. Техники полка изготовили тренажеры, где пилоты отрабатывали стрельбу по целям, находясь на земле.

Пятого июля 1942 года двадцать два самолета «Лагг-3» под командованием капитана Петра Михайловича Шалунова (батальонный комиссар – Александр. Иосифович Голубенков, начальник штаба – майор Сергей Иванович Скворцов) прибыли на Брянский фронт и вошли в состав 288-й истребительной дивизии.

Уже на следующий день восемнадцать самолетов, взлетев с аэродрома «Хухлово» выполнили двадцать шесть боевых вылетов.

Прикрывая небо над Большой Поляной, Верхосоновкой, Верейкой и Гремячьим, пилоты провели три воздушных боя, понеся первые потери. С задания не вернулся заместитель командира эскадрильи лейтенант Владимир Тихонович Гринь. Фашисты коварно сбили идущий на посадку, без горючего и боекомплекта, самолет младшего лейтенанта Ильи Алексеевича Лукьянова. Летчики погибли.

На другой день командир первой эскадрильи Аркадий Алексеевич Окунев сбил первый в полку в воронежском небе самолет. Машина капитана Окунева была подбита, он пытался ее посадить, но самолет разбился. Командир звена младший лейтенант Кырчанов сумел посадить в Задонске подбитый фашистами самолет.

После третьего дня боев в 721-м истребительном полку осталось неповрежденными одиннадцать самолетов. Техники, механики полка, работая круглосуточно, восстанавливают подбитые самолеты. С выходом из строя воздушных машин возрастает нагрузка на пилотов. Летчики сделали в этот день двадцать один самолетовылет и провели три воздушных схватки.

В воздушном сражении лейтенант Леонид Алексеевич Батурин уничтожил «мессершмитт», а штурман полка Константин Антонович Длужицкий сжег самолет-корректировщик «Хеншель-126». Возвращаясь с боевого задания в районе Бутусовка, он заметил вражеского разведчика и в первой атаке сбил его. Старший лейтенант Длужицкий накануне войны служил в 10-м истребительном полку. Немцам удалось поджечь машины командира звена старшины Ивана Семеновича Козич и командира 2-й эскадрильи лейтенанта Николая Михайловича Трегубова, которые спаслись на парашюте.

Представляя будущих Героев Советского Союза к орденам Красного Знамени, командование отмечало, что Козич в июльской операции за четыре сбитых самолета противника премирован 5000 рублями, а Трегубов уничтожил пять стервятников и получил денежную премию – 6000 рублей. В этот день летчики потеряли командира полка капитана Шалунова. Назначенный на эту должность с должности командира 1-й эскадрильи в Рыбинске, перед передислокацией полка на Брянский фронт, он вел в бой за собой летчиков меньше месяца. Командование воинской частью взял на себя батальонный комиссар Голубенков.

Полк продолжал действовать. Но с каждым днём число исправных самолётов уменьшалось, несмотря на круглосуточное выполнение ремонтных работ. У трёх самолётов в воздушных боях были повреждены правые плоскости.

12 июля шесть оставшихся исправными самолетов полка прикрывали пехоту и танкистов у Большой Поляны, Дубровки и Новосильское. Совершив по три-четыре вылета в сутки, летчики провели два боя с превосходящими силами врага и потеряли четыре «лагга». Сбит фашистами у Касторной старшина Михаил Пантелеевич Гавронский. Не вернулся с боевого задания лейтенант Батурин. В неравном бою с четырьмя МЕ-109 был зажжен командир звена младший лейтенант Александр Сергеевич Кобисской (его фамилия в документах встречается как Кабесской). Летчик выпрыгнул из горящей машины и спасся на парашюте (впоследствии – Герой Советского Союза). Старшина Щербо посадил подбитую машину на нашей территории. На ней пушечной очередью «мессершмитта» было отбито более полуметра консоли крыла и всё крыло, а элерон так изрешечен, что было удивительно, как ему удалось посадить самолёт.

13 июля 1942 года, в 10.50, на высоте 2500 метров старший лейтенант Длужицкий, младший лейтенант Кырчанов, старшина Мефодий Михайлович Казакевич, старший сержант Боков, и старшина Вячеслав Сергеевич Лещенко в районе села Каменка встретили шесть МЕ-109. В схватке с врагом Кырчанов был ранен в левую руку, а его подбитый самолет загорелся и пошел в низ. Наш летчик не растерялся и, заметив ниже себя «мессершмитт», таранил его. Самолеты горящим факелом пошли к земле, но раненому младшему лейтенанту Кырчанову удалось воспользоваться парашютом. Лишь на третий день в полк пришло сообщение, что Кырчанов жив и просил прислать за ним связной самолет. За этот подвиг он награжден орденом Красного Знамени.

Специальный корреспондент газеты «Известия» Л. Кудреватых в статье «Удары по немецкому авиационному корпусу «Рихтгофен» 29 июля 1942 года писал: «Лейтенант Кырчанов во время воздушного боя был ранен. Мотор его машины получил серьезные повреждения. Кырчанов пошел на свой аэродром. За ним погнались три немецких истребителя. Тогда Кырчанов таранил немецкую машину. Оба самолета в воздухе распались на куски. Кырчанову удалось выброситься нап арашюте. Немецкий летчик разбился» .

В этом бою Длужицкому удалось сжечь два «мессершмитта». Фашисты подбили самолет старшины Казакевича. Он воспользовался парашютом. Свой подбитый самолет старшина Лещенко посадил у железнодорожной станции Птань. Старший сержант Георгий Тихонович Боков привел изрешеченную врагами машину на свой аэродром.

После этого боя полк одиночными самолетами производит воздушную разведку войск противника и восстанавливает подбитые самолеты.

21 июля восемь самолетов совершают двадцать восемь боевых вылетов. В небе они проводят пять воздушных схваток. У Верейки, после бомбардирования опорных пунктов противника, Длужицкий, сражаясь с семью «мессерами» на правых виражах с дистанции пятьдесят метров с трех коротких очередей сбивает Ме-109. Он же наблюдал другой падающий горящий вражеский самолет. Старшина Александр Емельянович Щербо и лейтенант Тараненко сбили по самолету. Не вернулись с боевого задания Казакевич и Тараненко. Через несколько дней они возвратились в полк и доложили, что были сбиты.

22 июля шесть машин полка сражается в районе высоты 214, сел Гремячье, Лебяжье и Большая Верейка. В бою капитан Виталий Петрович Летников, командир эскадрильи, сбил «юнкерс». Очередь, выпущенная сержантом Дураковым, попала в мотор бомбардировщику. Фашист задымил, сбросил бомбы на головы своих войск и ушел, объятый пламенем, на вражескую территорию.

В другом неравном бою в этот же день, против пяти истребителей противника, 22-летний сержант Алексей Дураков, уроженец Курской области, в небе над Большой Верейкой, Землянском сбил три «мессершмитта». Всего за один день он уничтожил четыре самолета. Его рекорд – четыре самолета в день – в воронежском небе никем побит не был.

Порадовали сбитыми фашистскими самолетами наших пехотинцев и танкистов командир звена старшина Афанасий Карпович Бомко и лейтенант Лукин. Они на свой счет записали по одному Ме-109. Не вернулись из боя «лагги» белоруса старшины Александр Емельянович Щербо и сержанта Петра Леонтьевича Зайцева. Машина с Зайцевым упала у села Ксизово Задонского района Липецкой области. Летчики погибли.

24 июля летчики 721-го и 753-го ИАП вылетают вместе на боевые задания. Три экипажа, прикрывая наземные войска в районе Большой Верейки и Ломово, заметили группу бомбардировщиков из 12 самолетов и десяти «мессершмиттов». ЛаГГ-3 рванулись в бой – и рассеяли строй фашистов. В этом бою Петр Тильченко (753 ИАП) и Константин Длужицкий сбили Ю-88 и один подбили. Старшина Бомко подбил «мессер». Сражаясь с превосходящими силами, самолет Длужицкого был подбит немцами, но он сумел вернуться на свой аэродром.

Сержант Дураков один завязал бой с тремя «мессершмиттами». Одного он вывел из строя, но и его самолет получил сильные повреждения. С большим трудом ему удалось посадить самолет у села Юрьево.

После этой схватки, до 28 июля, личный состав полка восстанавливает раненные врагами самолеты. В этот день приходит приказ о передаче полка в подчинение 286-й истребительной дивизии. В полк из 753-го ИАП переданы четыре Як-1 с командиром звена Ереминым, летчиками старшим сержантом Алексеем Павловичем Липатовым, сержантом Виктором Николаевичем Аверкиным, младшим лейтенантом Анашкиным. Вместе с пилотами перешли четыре авиационных механика. Из 721-го ИАП в 753-й откомандированы командир звена лейтенант Тараненко, пилоты Кирилл Кириллович Бачилло, старшина Лещенко, старший сержант Боков.

В августе командиром полка назначен бывший штурман 171-го истребительного полка, выпускник Качинского училища подполковник Борис Георгиевич Крюков, награжденный перед войной орденом Ленина. Летчики продолжают воевать на Брянском фронте. 3 августа не вернулся с боевого задания командир эскадрильи капитан Летников.

С 12 августа части 15-ц воздушной армии осуществляют непрерывное патрулирование в районе сел Ильиновка, Лебяжье, Большая Верейка, прикрывая 1-й и 11-й танковые корпуса. Одновременно наши штурмовики уничтожают опорные пункты противника в районе Малопокровка, Дмитриевка, Чибисовка, Никандровка, Малая Верейка. Младший лейтенант Кобисской и старшина Казакевич, сопровождая в район Гремячье штурмовики, которые уничтожали артиллерийские батареи на опорных пунктах, были атакованы шестью Ме-109. Самолет Кобисского загорелся, но он посадил горящую машину и с ожогами лица вернулся в часть. Старшина Казакевич у села Чибисовка сбил МЕ-109.

В районе Перекоповки пять «лаггов», прикрывая наземные войска, вступили в бой с одиннадцатью Ю-88. В результате дерзкой атаки наших летчиков три вражеских бомбардировщика полетели факелом к земле. Один из них записал на свой счет старшина Казакевич.

14 августа в районе Большая Верейка шесть крылатых машин под руководством Константина Длужицкого атаковали девять немецких истребителей – и сбили пять. Своего очередного вражеского стервятника записал в свой счет штурман Длужицкий. Все наши самолеты вернулись на аэродром без потерь.

16 августа 1942 года истребители, пилотируемые Длужицким, Кобисским, старшинами Бомко и Казакевичем, сопровождали на задание четыре штурмовика Ил-2 в район Скляево 4. В воздухе старшина Бомко увидел Хе-126– и сбил его. Внезапно на них напали пять «мессеров». С первой же атаки Бомко сбил ведущего, но и его самолет получил повреждения. Была разбита приборная доска, стал давать перебои мотор, осколки разорвавшегося в кабине снаряда вонзились в левую ногу лётчика. Самолёт перестал слушаться рулей управления и начал падать. Летчик пытался выпрыгнуть из летящей к земле машины, но ему не хватило сил. Так, вместе с самолетом, он и упал на землю. В сознание пришел только через несколько дней. А когда открыл глаза, то понял, что попал в плен.

В этом воздушном бою командир звена Александр Кобисской, Мефодий Казакевич сбили по одному стервятнику, а штурман полка Длужицкий повторил подвиг капитана Гастелло.

Об этом сделана запись в журнале боевых действий 286-й истребительной дивизии: «Самолет штурмана Длужицкого был подбит зенитной артиллерией немцев, не желая прыгать с парашютом на вражескую территорию, он направил свой самолет на скопление вражеских войск и погиб». 23 августа 1942 года майор Крюков, батальонный комиссар Голубенков подписали наградной лист, в котором говорилось: «В Красной Армии с 1937 года. В 1940 году вступил в ВКП(б). Все воздушные бои старший лейтенант Длужицкий проводил грамотно с учетом положительных и отрицательных качеств истребителей своих и противника. В основном все бои вел на правых виражах из которых выходил победителем. Имея на своем счету восемь сбитых немецких стервятников: два бомбардировщика, разведчик и пять истребителей типа МЕ-109. Достоин присвоения звания Героя Советского Союза».

Наградные документы заверили командир 286-йИАД полковник Иван Иванович Иванов, командир 15-й воздушной армии Иван Гаврилович Пятыхин, но командующий войсками Брянского фронта генерал-лейтенант Макс Андреевич Рейтер наградил его 3 декабря 1942 года орденом Отечественной войны первой степени. Почему не представили к званию Героя Советского Союза, выяснить не удалось. Вероятнее всего, наша разведка получила сведения, что летчик попал в плен, и командующий фронтом перестраховался. Ранее за пять сбитых самолетов был награжден орденом Ленина Константин Длужицкий.

Бомко и Длужицкого отправили в лагерь возле Касторной. Предложение фашистов о сотрудничестве они отвергли. Пытки и избиения не дали результатов. Сергей Николаевич Иконников в своих мемуарах «Война глазами авиаинженера», который воевал в истребительном полку, приводит следующие сведения о Бомко: «С наступлением сильных морозов тяжело больных военнопленных немцы отправили в город Курск, в бывшую городскую больницу. В их числе был раненый летчик. Подпольщикам удалось при содействии врача больницы, признать Бомко безнадежно больным, вызволить его из больницы и выходить в семье Анны Васильевны и Михаила Ивановича Харьковых. Здесь же ему сделали операции. После излечения партизаны переправили летчика через линию фронта. Возвратившись в родной полк, Бомко продолжал храбро сражаться с ненавистным врагом и добавил к ранее сбитым четырем фашистским самолетам еще восемь».

О подвиге нашего летчика и партизан-подпольщиков впервые рассказал в повести «Рискуя жизнью» курский писатель Александр Золотов.

Константин Длужицкий прошел тот же путь, что и Бомко. В списке офицеров 16-й ВА, возвратившихся в свои части, есть сведения о Длужницком: «Возвратился в часть 25 декабря 1942 года, бежал из немецкого госпиталя в городе Курске».

Уроженец Ростовской области станицы Нежне-Гниловская (сейчас станица вошла в состав города Ростова на Дону), капитан Длужицкий, вернувшись из плена, в родном полку работает помощником командира полка по летной подготовке и воздушному бою. Он не только учил молодых летчиков, прибывших в полк теоретически умению летать и стрелять в бою, но и сам, личным примером, передавал на практике все свои умения. Не вернулся Константин Антонович с боевого задания 7 августа 1943 года, когда полк сражался на Курской дуге. Его жена, Вера Иосифовна, и сын после войны проживали в городе Бобруйске, в поселке Кирова на улице Буденного, 46.

В сентябре 1942 года полк получил пополнение - заводские летчики перегнали на фронтовой аэродром двадцать истребителей ЛаГГ-3. Шли напряженные бои под Воронежем. За три месяца боев летчики уничтожили 52 самолета противника, но девять летчиков навечно остались лежать под воронежским небом. Среди них – старшина Василий Герасимович Баклицкий.

В январе-феврале 1943 года 721-й ИАП принимает участие в Воронежско-Касторненской операции. Приказом НКО № 207 от 04.05.43 г. в ознаменование одержанной победы по освобождению поселка Касторное полку было присвоено почетное наименование Касторненский. В ходе боевых действий полк потерял двух летчиков. Сержант Василий Савельевич Фурник погиб 20 января 1943 года при катастрофе самолета у села Гниловоды. В 2007 году его прах был перезахоронен на кладбище деревни Быково Измалковского района Липецкой области. А сержант Павел Семенович Мащев не вернулся с боевого задания 2 февраля 1943 года.

За годы войны 72-й1 истребительный авиационный Касторненский ордена Александра Невского полк произвел 7197 боевых вылетов. Провел 383 воздушных боя, в которых сбито 204 самолета. Боевые потери -42 летчика и 62 самолета.

Представляя полк к ордену Красного Знамени, командир 286-й Нежинской Краснознаменной авиационной дивизии Василий Сталин писал: «…с 16 апреля 1945 года полк участвует в Берлинской операции по сопровождению бомбардировщиков, действовавших по наземным целям. За этот период произвел 290 боевых вылетов. Провел 27 воздушных боев, сбил 14 самолетов противника. Свои потери один летчик и пять самолетов. Вывод: За отличное выполнение боевых заданий при прорыве обороны немцев и наступления на Берлин, достоин награждения орденом «Красное Знамя».

Рассмотрев, представление командование наградило полк орденом Александра Суворова III степени.

На фото:
Александр Сергеевич Кобисской

Подполковник Борис Георгиевич Крюков

Слева направо: Скворцов, Кобисской, Голубенков, Козич, Крюков 1943 год

Летчики 721-го ИАП. Слева направо: сидят – Трегубов, Крюков, Козич, Липатов;
стоят – Смирнов, Мартыничев, Стороженко, неизвестный, Голубенков,
Кошель, Скворцов, Моисеенко, неизвестный, Фатеев, Мороз, Кобисской, Якушев, Колычев

Ремонт Лаг-5. 1943 г.

[vik 01]

Коммуна, 09.01.2016

Они защищали Родину. Метеор Воронежского фронта и его командир

Валентина Котюх, председатель Воронежского реготделения ООПО «ВСС М.Т. Калашникова»
176-й истребительный полк (командир – подполковник Георгий Петрович Макаров, батальонный комиссар – Владимир Григорьевич Пунтус), на вооружении которого стояли самолеты Миг-3, был переброшен под Воронеж с рубежей обороны города Москвы, где он воевал в составе ПВО. Большинство летчиков полка имели боевой опыт воздушных сражений, их закрепили за молодыми пилотами. Опытные асы учили молодых воевать и побеждать даже с превосходящими силами противника.

Воронежский счет сбитым самолетам врага в полку был открыт 4 июля 1942 года командиром эскадрильи Николаем Изотовичем Варчуком, который в 1938 году участвовал в боях с японскими милитаристами в районе озера Хасан и за мужество и отвагу был награжден орденом Красного Знамени. Сопровождая штурмовики, девятка истребителей над Воронежем встретилась с пятнадцатью вражескими самолетами. В воздушном бою капитан Варчук короткими очередями сбивает два вражеских стервятника.

После этого каждый день наши самолеты поднимались в воздух, отбивая атаки и сбивая неприятеля. Большинство побед и поражений летчиков отмечалось в журнале боевых действий. Нам удалось найти в журнале боевых действий 207-й истребительной авиадивизии следующую запись:
«В течение дня 10 июля 1942 года летчики полка прикрывают действия наземных войск в районе Подклетное, Семилуки. Проведено два воздушных боя. В 5.25 шесть Миг-3 в районе Ямное, Отрожка вели воздушный бой на высоте 1500-4500 метров с превосходящей группой Ме-109 и Ме109ф 9-15 самолетов. Пилот Ларкин заметил у ведущего группы капитана Варчук под хвостом самолет противника. С короткой дистанции он произвел по нему пять атак, убил летчика. Самолет перешел в отвесное пикирование и врезался в землю в районе 5-7 километров юго-восточнее села Ямное. Сбив самолет, пилот набрал высоту 5000 метров и над Воронежем обнаружил Ме-109 и атаковал его. Самолет противника перешел в штопор и упал. А пилот пошёл на выручку к своим товарищам и снова вступил в бой… В результате боя сбито летчиками-истребителями пять самолетов Ме-109 (два Ларкин, два капитан Варчук и один лейтенант Леженевский). Все самолеты упали в районе Отрожка. Наши потери – гвардии лейтенант Чиков и старшина Шелобанов, который выбросился на парашюте. В этот же день в 18.50 в районе Воронеж шесть Миг-3 на высоте 2000 м встретили двенадцать Ме-109 и вступили в бой в лобовой атаке. Ме-109 лобовую атаку не приняли и перешли на вертикальные фигуры, подставив живот нашим истребителям. В результате чего старшина Ларкин сбил еще самолет противника. При выходе из атаки, капитан Варчук собрал группу, в которой было четыре истребителя, на высоте 3000 метров, где был атакован еще группой из шести Ме-109. В бою Варчук сбил МЕ-109. Старшина Ларкин был атакован двумя МЕ-109, которые применяли только вертикальные фигуры. Его самолет, получил повреждения. У него пробит бензобак и винт. Ларкин вышел из боя и произвел посадку на аэродроме. На самолете свыше 20 пробоин, но он невредим. Не вернулись с боевого задания сержант Моисеев, лейтенант Вахмистров (Вахмистров Владимир Михайлович, сгорел в результате воздушного боя в районе Орлово Новоусманский район) и мл. лейтенант Чермаптаев».
За день летчики сбили семь немецких истребителей.
Уничтожение летчиком Ларкиным трех вражеских самолетов за один день стало рекордом для Воронежского фронта. Воздушный бой происходил на глазах защитников города. Уже на следующий день командир полка Макаров в наградном листе, описывая этот подвиг старшины, не забыл написать и о бое, произошедшем накануне:
«Старшина 176-го истребительного авиаполка Иван Алексеевич Ларкин 6 июля 1942 года в 11.25 -11.35 в групповом воздушном бою в районе Яковлевка, Карташовка юго-западнее города Елец неоднократно атаковал и сбил Ме-109ф. Атака производилась с дистанции 50-70 метров одновременно с двух пулеметов БС («Березина синхронный»). Самолет противника перевалил на левое крыло, вошел в отвесное пикирование и с черным дымом врезался в землю. После этого старшина Ларкин неоднократно атаковал другие самолеты противника, выбивая их из хвостов своих товарищей… По свидетельству летчиков, Ларкин носится как метеор над полем боя, активно ищет и уничтожает противника».
Наградной лист в рекордные сроки попал на стол командующему войсками генерал-лейтенанту Голикову. В приказе по войскам Воронежского фронта №10н от 12 июля 1942 года он наградил орденом Красного Знамени старшину Ларкина, персонально. В списке награжденных стоит только его фамилия.

Уже 16 июля о подвиге тульского паренька узнала вся страна. Специальный корреспондент газеты «Известия» Антонов сообщал: «Три воздушных схватки - 3 сбитых самолета врага, - таков итог одного боевого дня старшины Ларкина. За день капитан Латчук сбил 2 самолета немцев». (Фамилия Варчук на Латчук изменена в целях конспирации, неточно указано и количество сбитых им самолетов).

Военный корреспондент Николай Григорьевич Колли подробно описал этот бой в газете«Правда» за 3 августа 1942 года. Встретившись с летчиками, он написал с их слов:
«Один за другим взлетали истребители, пристраиваясь к ведущему. Командир эскадрильи капитан Варчук, опытный летчик, совершивший 178 боевых вылетов, вел молодых летчиков-истребителей в первый боевой полет. Справа шел летчик Пантюхин [Георгий Кузьмич], слева - молодой летчик, комсомолец Ларкин, позади Соколов, Морозов [сержант Морозов Михаил Иванович 12.08.42 погиб при выполнении боевого задания. Похоронен в лесу на месте падения самолета 400-500 метров юго-восточнее железной дороги Усмань-Воронеж, южнее 7 км. г. Усмань. Липецкой обл.], Журавлев[Журавлев Владимир Иванович, младший лейтенант сбит в воздушном бою в районе аэродрома Стрелецкие хутора 15.07.42 г.]. Вскоре истребители заметили фашистские самолёты. Шли пятнадцать «Мессершмиттов109-ф». Шесть против пятнадцати! Завязался бой... Молодые истребители дрались стойко, храбро. Командир эскадрильи Николай Варчук сбил в этом бою три вражеских самолета. Самый молодой летчик группы - старшина Иван Ларкин также сбил три вражеских истребителя. На следующий день в часть прилетел член Военного совета фронта и вручил молодому летчику первую боевую награду - орден Красного Знамени».
Может сегодня, мы бы больше знали о защитниках нашего города, но 12 августа, во время наступления танков 18-го танкового корпуса генерала Корчагина на рощу Фигурная в Воронеже корреспондент Колли, следуя за атакующими танками на разведывательном бронетранспортере под сильным артиллерийским обстрелом и бомбардировкой самолетов, фотографировал действия танков и пехоты. Прямым попаданием снаряда транспортер был разбит, вещи с ценными материалами были уничтожены. Корреспондент, получив контузию, продолжал идти пешком по дороге, оказывая помощь раненым.

После этого боя капитан Варчук награжден не был, но ему присвоили очередное воинское звание, «майор», и назначили командиром 737 истребительного полка. Вместе с командиром в новый полк, направляется Иван Ларкин, повышенный в звании до младшего лейтенанта. 13 августа летчики прикрывают наземные войска. В районе Воронежп ими сбито два немецких истребителя. Один на счету младшего лейтенанта Ларкина, второго сбил капитан Павел Андреевич Пологов.
18 августа Ларкин, сопровождая на штурмовку «илы» в район Девица и хутор Калинин, атаковал восемь бомбардировщиков и пять истребителей врага. Бой нашего летчика с «мессершмиттами» закончился безрезультатно, но фашистские бомбардировщики, сбросив бомбы на своей территории, повернули восвояси.

В боевом журнале дивизии нам удалось найти еще одно упоминание об участии в боях в воронежском небе Ивана Ларкина: «20 августа в районе Коротояк три наших Як-1 и один Миг-3 летчики Шелобанов, Ларкин, Жеряков, Герасимов на высоте 1000 метров в 18.35 вели бой с двумя итальянскими истребителями Макки-200 и сбили один самолет».

Воодушевленная успехами среднего сына, его мама пишет Верховному главнокомандующему письмо, которое публикуется 24 декабря 1942 в газете «Красная Звезда»: «Москва, Кремль, товарищу СТАЛИНУ. Дорогой Иосиф Виссарионович! Я мать трех фронтовиков, следуя благородному почину тамбовцев, решила внести в Госбанк 1000 рублей в фонд строительства эскадрильи боевых самолетов имени матерей фронтовиков. Мои три сына, сражаются с врагом на фронте. Старший, Григорий, – во флоте, средний, Иван, - сталинский сокол, на его личном боевом счету шесть сбитых вражеских стервятников. Младший сын Михаил тоже на -днях прислал телеграмму. Он мне пишет - еду бить фрицев. Я, старая русская мать, благословляю своих сынов на боевые ратные подвиги. Я говорю им - сыны мои, бейте беспощадно лютого зверя - гитлеровских мерзавцев, оскверняющих нашу святую землю. Я люблю свою родину так, как люблю своих сыновей, и ради этой любви готова отдать все свои сбережения на алтарь нашей победы. Сердечно кланяюсь. С уважением к Вам Ирина Никитична Ларкинв. Подольск».

Через два дня вождь ответил на страницах газеты: «Спасибо Вам, Ирина Никитична, за Вашу заботу о воздушных силах Красной Армии. Примите мой привет».

На 29 февраля 1943 года заместитель командира эскадрильи Иван Ларкин произвел 129 боевых вылета, сбил лично пять самолетов и один в группе. Как опытному воину ему поручается одиночная разведка немецких войск. С эскадрильей он совершает штурмовку позиций противника, ведет воздушные бои. Его грудь украшают ордена Красного Знамени, Красной Звезды, Отечественной войны I степени.

12 марта 1943 года Иван Алексеевич не вернулся с боевого задания из района Харьков – Дергачи. Выпускнику Качинской школы пилотов только исполнился двадцать один год.

Командир полка майор Варчук, несмотря на занятость, продолжает летать. 2 октября в бою в районе Дрязги он в атаке вплотную подошел к бомбардировщику Хе-111 и своей левой плоскостью таранил в правую плоскость «хейнкель». Самолет врага упал у станции Графская.

27 октября 1942 года, прикрывая действия штурмовиков до цели в районе Воронежа (военный городок, еврейское кладбище, юго-западная окраина города Подгорное), в 16.10 на высоте 900 метров три Лагг-3 вели бой с тремя Ме-109. Истребители противника пытались атаковать наши штурмовики во время атаки. Ее отбили советские истребители. После атаки майора Варчука один фашист резким разворотом со снижением ушел в направлении Семилуки. Другие поспешно бежали за ним.

В дальнейшем полк Варчука отличился в Курской битве, при форсировании Днепра. На груди командира засияли два ордена Красного Знамени, два ордена Отечественной войны первой степени, Превосходнейший орден Британской империи четвертой степени. Николай Изотович в годы войны провел 51 воздушный бой, сбил лично 8 самолетов и девять в группе. 12 июля 1943 года командир 291-й Воронежской штурмовой авиадивизии полковник Андрей Никифорович Витрук представил его к званию Героя Советского Союза, но указ о награждении вышел уже после гибели командира полка.

Жизнь его трагически оборвалась. 21 сентября 1943 года, в 18.00, при испытании самолета его Ла-5 врезался в землю и разбился. Похоронен подполковник Варчук в городе Ромны Сумской области, на центральной площади, напротив памятника Тарасу Шевченко.

Командир и его ведомый, многие летчики полка не дожили до победы, в которую верили и приближали ценой своих жизней. Они не узнали, что полк отличился в боях за овладение городом Радом в Польше и указом Президиума Верховного Совета СССР был награжден орденом Красного Знамени, а за воздушные сражения в Берлинской операции получил почетное наименование Берлинский.

На фото:

Командир 737-го истребительного полка Николай Изотович Варчук. 1942 год
Иван Алексеевич Ларкин 1940 год.

[Samsv]

Сообщение от vik 01

Коммуна, 08.01.2016 15:54

Они защищали Родину. 721-й истребительный авиационный полк в битве за Воронеж

...

Ремонт Лаг-5. 1943 г.

Не было самолета Лаг-5.
Были Ла-5, ЛаГГ-3, ЛаГГ-1.
Тот, который на фото, похож на Ла-5.

[vik 01]

Коммуна, 28 января 1971 года

[vik 01]

Коммуна, 04.02.2016

Они защищали Родину. Бои за рощу Фигурная летом 1942 года

Боец, товарищ!
На тебя
Устремлены глаза Отчизны.
Безмерно Родину любя,
Ты не щади ни сил, ни жизни.

Чтоб сбросить ворога за Дон
И разгромить его за Доном,
Твой натиск должен быть силен,
Твое упорство – разъяренным.

Оружью веруй своему.
Ты наше знамя не уронишь!
Грозна опасность, потому –
Ты должен отстоять Воронеж…

А. И. Безыменский
Это известное стихотворение поэта Александра Ильича Безыменского, напечатанное в июле 1942 года на листовке политуправления Воронежского фронта, стало девизом защитников нашего города. Одними из самых ожесточенных, кровавых, но менее знаменитых и известных, чем Чижовский плацдарм, были бои между селами Подклетное и Подгорное. Этот двухкилометровый участок русской земли обильно полит кровью солдат Отечества. До сих на израненной в непрерывных боях земле различаются окопы, огневые точки, танковые капониры, блиндажи, дзоты и противотанковые рвы.

Валентин Котюх, председатель Воронежского реготделения ООПО «ВСС М.Т. Калашникова»

В 1942 году сотни жителей нашей страны получали извещения о гибели своих близких, где стояла запись такого содержания: «…погиб в боях за Воронеж и похоронен на северной окраине рощи Фигурной, близь Воронежа». В других «похоронках» сообщалось: «Погиб на поле боя на опушке рощи Малая, «захоронен роща Длинная, восточная часть, в 100 м от дороги». Приходили и с таким текстом «убит в бою под селом Подклетное» или «похоронен в районе Черных сопок».

У многих погибших солдат, отдавших жизнь в этом районе города, в извещениях указывалось: «пропал без вести в районе Воронежа». Для них последним местом успокоения на земле стали отрытый окоп, воронка от снаряда или сгоревший вместе с ними танк. Воин выполнил приказ – и навсегда остался на отвоеванном у фашистов рубеже. После войны их физически не могли перезахоронить, так как могилы сотни раз за месяцы обороны перепаханы снарядами и бомбами. Поэтому на этом месте посадили сосны, мечтая, что они превратятся в парк Героев обороны Воронежа.

Неслучайно эти места вошли в Линию ратной славы. Воронежский городской Совет депутатов трудящихся 27 ноября 1972 года решил: «Создать по линии фронта боев с немецко-фашистскими захватчиками за город Воронеж долговременные историко-мемориальные сооружения, отражающие идею увековечения памяти погибших воинов, величие борьбы Советской Армии». В этом решении было отражено искреннее желание городской общественности сохранить для потомков памятные рубежи боев за Воронеж, по достоинству увековечить события и подвиги, ставшие неотъемлемой частью биографии города.

В советские времена достроить Линию ратной славы не удалось. А сейчас застраивают многоэтажными домами, вырубают лес, посаженный на местах боев, добывают песок, безжалостно сдвинув бульдозерами исторический слой вместе с деревьями.

Все это происходит в нарушение Федерального закона от 25.06.2002 N 73-ФЗ (ред. от 30.12.2015) «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации». В его преамбуле сказано: «Государственная охрана объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) является одной из приоритетных задач органов государственной власти Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления».

На обращения общественности потомки советских чиновников отвечают, что это не в их компетенции.

На участке между улицами Антонова-Овсиенко, улицей 9 Января и селами Подгорным и Подклетным шесть месяцев шли бои. Наши солдаты 40-й армии: 17-го,18-го, 25-го танковых корпусов, 107-й, 159-й,161-й, 232-й, 303-й стрелковых дивизий, 52-го отдельного мотоциклетного батальона и многих других частей отбивали у врага рощу Фигурную, чтобы, перерезав дорогу «Воронеж – Семилуки», соединиться с воинами 40-й армии, окружить и уничтожить группировку врага в Воронеже.

Для погибших здесь солдат счастьем считалось бить захватчиков, наносить им урон. 14 июля помощник начальника штаба 161-й стрелковой дивизии в боевом журнале записал: «В 18:30 в районе учбата сбит Ю-88. 14 июля в этом отношении счастливый день: ружейно-пулеметным огнем сбито 8 самолетов. 7 из них сбито подразделением старшего лейтенанта Суржикова» (31.07.1942 командир взвода ПВО 575-го СП 161-й СД Суржиков Сергей Николаевич погиб у Фигурной).

Первое упоминание о боях за рощу встречается в боевом журнале 232-й стрелковой дивизии. В нем сказано: «7 июля обработка авиацией противника командного пункта 605-го стрелкового полка в роще Фигурная усилилась. Самолеты летали по 70-80 штук, связь с батальонами и штабом дивизии была прервана. Командный пункт стали окружать автоматчики. В рощу вошли танки и пехота противника. К 13:00 противник, захватив рощу, сосредоточил в ней до сорока танков, много бронемашин, мотоциклов и пехоту». Заняв рощу, фашисты окопались, зарыли в землю танки, артиллерию, построили дзоты. Немецкие стратеги понимали, что кто владеет рощей, тот владеет и городом. Наши части неоднократно переходили в наступление с целью отбить у фашистов этот клочок земли.

14 июля, в 5.15 часов, 111-я, 175-я и 162-я танковые бригады совместно с 107-й стрелковой дивизией и 7-й истребительной бригадой атаковали рощу юго-восточнее Подгорное. Задача, стоящая перед соединениями: «фланговыми ударами обогнуть Подгорное захватить рощу Длинная (в донесениях встречается несколько названий рощи Острая, Колбаса), а дальше освободить рощу Фигурная, перерезать дорогу Подклетное - Воронеж и двигаться через Рабочий поселок (сейчас Придонской), где в районе железнодорожной будки соединится с 40-й армией.

В 7 часов утра части корпуса освободили Подгорное, вышли к роще Длинной, но из-за сильных, непрерывных бомбардировок с воздуха, огня артиллерии и минометов противника и наших больших потерь наступление затормозилось. Захваченные пленные показали, что с запада на Воронеж движется 244-я, а с север - запада 168-я пехотные дивизии немцев. В городе находится до ста танков противника.

19 июля 180-я танковая бригада (командир подполковник Михаил Захарович Кисилев, военком старший батальонный комиссар Данил Васильевич Меркулов, начальник штаба майор Ефим Абрамович Гольдберг) повела наступление на северную окраину Воронежа с задачей овладеть дорогой «Воронеж – Подклетное».

В атаку перешел 392-й танковый батальон под командованием капитана Елисея Игнатьевича Дружкова. Капитан погиб в этом бою вместе с старшим сержантом Варнаковым Николаем Ивановичем. Учился бить врага в Воронеже экипаж лейтенанта Василия Александровича Удалова (впоследствии Герой Советского Союза).

Первый день наступления вскрыл замаскированные артиллерийские батареи. Прорвать оборону было нелегко, так как фашисты использовали для защиты противотанковые ежи, изготовленные на предприятиях рабочими для обороны города от фашистов, установили минные поля.

20 июля в бой повел танкистов командир 393-го танкового батальона Оганес Сергеевич Хачикян. Батальон усилили 17-й и 20-й отдельными ротами тяжелых танков КВ. В 9 часов утра пятнадцать танков КВ пошли в атаку. Фашистам удалось подбить пять машин. Тяжелый танк, возглавляемый комиссаром 393-го танкового батальона старшим политруком Матвеем Федоровичем Кистеневым, в атаке восточнее рощи Длинная уничтожил пушку, две огневые точки.

В бою отдали свои жизни старший сержант Пискунов Михаил Григорьевич, младший политрук Филипенко Степан Селиверстович, командиры танков младший лейтенант Любимов Никита Степанович и старший сержант Кудлаев Иван Васильевич, командир взвода лейтенант Куцин Рувин Давидович, механики водители сержант Школьний Николай Степанович, старший сержант Ровенский Сергей Андреевич, старшина Святоха Александр Мартынович, командиры орудий старшина Колганов Михаил Степанович и старшина Колганов Михаил Степанович,

На другой день танкисты упрямо идут в атаку на окопавшегося врага. В бою отличился танк лейтенанта Муратова, который давил гусеницами и уничтожал из пулеметов врагов в окопах. Немцы термитными снарядами подбили четыре танка. Убит врагами младший политрук Попов Давид Саркисович.

Во второй атаке, при поддержке танков, мотострелковый пулеметный батальон сблизился с противником до 300-400 метров. На достигнутом рубеже навсегда остались младший политрук Казаков Николай Васильевич, заместитель политрука Симоненко Иван Терентьевич, младший лейтенант Веревкин Дмитрий Сергеевич, механик водитель старший сержант Ермаков Алексей Сидорович, старший сержант Науменко Николай Иванович, помощник командира роты Симоненко Иван Терентьевич, командир отделения старший сержант Борисов Федор Михайлович, механик водитель старшина Фоменко Дмитрий Павлович, командир отделения сержант Бурдуков Егор Игнатьевич.

Механик водитель танка комиссара 393-го батальона Кистенева в атаке был ранен. Его место занял комиссар и продолжил бой. Восточнее рощи Длинная он уничтожил две огневые тоски, гусеницами разворотил блиндаж, где задавил четырех гитлеровцев.

Два дня бригада восстанавливала подбитые танки, отбивала вместе с пехотинцами контратаки фашистов, а среди них были немцы, австрийцы, чехи, поляки, венгры.

24 июля вместе с 181-й танковой бригадой и 18-й мотострелковой бригадой двадцать два танка КВ и двадцать Т-60 атаковали захватчиков после артиллерийской подготовки в 2:30 ночи. Песчаный грунт не позволял идти на большой скорости. И все-таки танки, на ходу ведя прицельный огонь, быстро достигли траншей противника. «Проутюжив» их, двинулись дальше. Бой длился до шести часов вечера. Фашисты вели интенсивный артиллерийский и минометный огнь.

В бою командир 392-го танкового батальона старший лейтенант Федор Александрович Гаращенко во время атаки уничтожил три ПТО, два пулеметных гнезда, один ДЗОТ и до пятнадцати фашистов. Танк был подбит, но отважный комбат продолжал руководить боем. Комиссар 393-го танкового батальона старший политрук Кистенев со своим экипажем уничтожил пушку и два пулемета.

В тяжелую машину лейтенанта Александра Степановича Коробова (командир орудия старший сержант Николай Рублев, механик водитель Федор Алексеевич Тарабан, младший механик-водитель Василий Благоразумный, радист Дмитрий, его фамилия неизвестна) в гусеницу попал снаряд и перебил ее недалеко от фашистских окопов. Механик водитель Тарабан попытался подставить врагу лобовую броню, но это ему не удалось. Оставаясь на открытой местности, машина была хорошей мишенью.

Следующий снаряд угодил в башню и вывел из строя поворотный механизм. Командир приказал покинуть машину. Впоследствии Тарабан вспоминал:

«Я покинул машину последним. Выполз из-под танка и услышал стон лейтенанта Коробова и бросился к нему, но было уже поздно: раненого прошила автоматная очередь. Оглянулся назад – командир орудия старший сержант Николай Рублев приподнялся и бросил гранату, но вновь упал как подкошенный. Рядом с ним бил из автомата младший механик-водитель Василий Благоразумный. Он повернулся вдруг набок и больше не шевельнулся. На какое-то мгновение я только успел крикнуть: «Дима!», как раздался выстрел… Все это случилось в считанные секунды. Друзья погибли. Я вернулся в машину и закрыл люк за собой».

В танке, имея четыре рыбины, одну банку консервов и около килограмма хлеба и воду из системы охлаждения двигателя, танкист мужественно и стойко переносил все трудности в течение двадцати суток, пока его не освободили из плена 12.08.42 года красноармейцы 107-й стрелковой дивизии.

Открывшиеся архивы дополняют сведения о судьбе экипажа. Лейтенант Коробов попал в плен 26.07.1942. Два дня он находился раненным у танка, там его и нашли немцы. Василий Благоразумный тоже попал в плен и был освобожден из лагеря Бухенвальд. Они остались живы, но послевоенная судьба неизвестна. Старший сержант Николай Рублев не значится ни в каких документах.

В бою за рощу погибли командир танка Т-34 младший лейтенант Колос Алексей Петрович, командир Т-60 сержант Захаров Григорий Лаврентьевич, старшина Зембулатов Валентин Васильевич, командир орудия старшина Горбатенков Андрей Петрович, механик водитель сержант Кацалад Иван Сидорович, красноармеец Сорокин Сергей Петрович.

Сгорели в боевой машине у Фигурной капитан Лавров Василий Александрович, командир орудия старшина Семенков Павел Григорьевич, старший сержант радист Максимовский Владимир Иосифович.

Защищая подбитую машину, сложили свои головы механик водитель старший сержант Попов Михаил Григорьевич, заместитель командира роты старший политрук Шашков Владимир Александрович. Пропал без вести мл лейтенант Кокин Алексей Петрович.

В донесении №13 об этом бое подполковник Кисилев сообщает о тринадцати убитых, двадцати четырех раненых и семнадцати пропавших без вести солдат и офицеров части. Немцам удалось подбить 18 КВ и 4 Т-60, сгорело в сражении 5 КВ и 1 Т-60, пропало без вести 7 КВ.

В течение 25 июля сводная группа из десяти танков КВ и шести Т-60 под командованием командира 476-го танкового батальона КВ майора Зуева, который прибыл на защиту города из Москвы, совместно с 491-м полком 159-й стрелковой дивизии в 11 часов атаковали оборону противника в направлении рощи Фигурная. В атаке два КВ сгорело и пять танков подбито.

Навсегда в песках на подступах к роще остались: радист 393-го тб старший сержант Пахомов Григорий Трофимович, младший политрук Федосеев Виктор Кузьмич, командир танка младший лейтенант Сапрыкин Михаил Павлович, механик-водитель младший сержант Коннов Алексей Павлович, младший лейтенант Кревер Матвей Львович, старший сержант Марков Николай Ефимович, механик-водитель старший сержант Бабич Иван Михайлович, командир танковой роты старший лейтенант Ширяев Григорий Иванович.

Вторая атака была проведена в пять часов вечера. На исходную позицию в район рощи Длинная подтянулись пять восстановленных механиками на поле боя машин. Танкисты совместно с 18-й мотострелковой бригадой атаковали оборону врага, но пробить ее не смогли. Фашисты сожгли четыре наших танка. В них погибли командир танка лейтенант Воронков Сергей Михайлович, механик водитель сержант Ивкин Евгений Васильевич. Общие потери: убито и пропало без вести 21 солдат.

Большие потери танкистов объясняются активными действиями немецкой авиации и сильным артиллерийским и минометным огнем противника, открытой местностью.

Подбитые танки эвакуировали с поля боя в район учхоза. Эвакуация проводилась оставшимися боеспособными четырьмя танками КВ. Еще в строю осталось восемнадцать легких танков Т-60.

Медицинский санитарный взвод загружен большим количеством раненых бойцов. Сколько потеряла бригада в этот день, не указано. В журнале боевых действий писарь оставил место, но не внес данные. Умерли от ран красноармейцы Безнощенко Иван Николаевич, Гусляков Василий Антонович, Пьянов Николай Николаевич, Батурин Иван Григорьевич, старший сержант Воронин Алексей Григорьевич.

В это же время 110-я танковая бригада поддерживала 575-й стрелковый полк и 18-ю мсбр. Командир бригады построил танки двумя эшелонами, оставив в резерве всего восемь танков (4 Т-34 и 4 Т-60). Танки, пройдя рощу Длинная, встретили сильный противотанковый огонь вражеских орудий различных калибров. Им помогала из-за Дона дальнобойная артиллерия. Бригада понесла большие потери: десять «тридцатьчетверок» сгорели на поле боя, шесть пропали без вести и две подбиты. Танков Т-60 сгорело семь, пропало без вести одиннадцать, подбито три. Пропало без вести и убито 31 человек.

26 июля командование бросает в бой оставшиеся легкие танки Т-60 и несколько КВ. Они идут в атаку совместно с красноармейцами 159-й стрелковой дивизии по направлению роща Длинная, Фигурная, высота Безымянная (Сапог), а в дальнейшем на высоту 171.0. Под командованием заместителя командира 110-й танковой бригады майора Пантелеймона Ивановича Голышевского шесть танков 392-го тб и семь из 393-го тб с 9 часов утра ведут бой.

В сражении грозной машине Кистенева удалось подбить самоходную пушку и три пулеметных гнезда. Экипаж, командира взвода младшего лейтенанта Михаила Борисовича Туаева, расстреливал огневые точки врага, мешавшие продвижению пехоте, и гусеницами раздавил пушку.

Четыре танка сгорело и шесть подбито в этом бою. Экипажи семи танков прорвались, через вражескую оборону и погибли на территории врага. Среди них лейтенант Юров Петр Дмитриевич и красноармеец Дубицкий Василий Илларионович.

27 июля с 20 часов танкисты бригады вступили в бой за рощу Фигурная совместно с 110-й танковой бригадой и 159-й стрелковой дивизией с задачей овладеть южной опушкой рощи Фигурная, в дальнейшем западными скатами высоты Безымянной. На подступах к роще враг открыл сильный огонь. В донесении не указаны потери, хотя оставлено место.

29 июля 1942 года, оставшиеся десять КВ и пять Т-60 обороняют рубеж южнее опушки рощи Длинная и ремонтируют танки. За день вернули в строй четыре КВ. Воентехник 1-го ранга Марк Васильевич Сидоренко, помощник командира 393-го тб по технической части, вытащил с поля боя шестнадцать танков КВ, одиннадцать Т-60 и два Т-70. Он лично эвакуировал танк КВ под носом у фашистов, где двое суток ждал спасения, охраняя машину его экипаж. В боях сгорели и не подлежали ремонту восемнадцать КВ и пять Т-60.

Шестого августа бригада Кисилева отведена в лес в 1,5 км от учхоза, где пополняется танками Т-34, Т-70.

8 августа танки 180-й бригады с опознавательным знаком в виде квадрата с буквой Б на правой и левой стороне башни контратаковали двумя батальонами вражеские укрепления в направлении рощи Молот совместно с 195-й стрелковой дивизией восточнее 800 метров стадиона «Динамо» и в Центральном парке культуры и отдыха. В бою отличился экипаж старшего лейтенанта Халгинова Бориса Бимбиновича, который подавил три огневые точки, но и сам не вышел из боя. Младший лейтенант Джагинов Георгий Аикович под прикрытием темноты вылез из танка и захватил в плен офицера, двух солдат.

Бой продолжился на другой день. Экипаж лейтенант Гурария Самуила Моисеевича уничтожил до роты противника, танк младшего лейтенанта Ивана Афанасьевича Белого (механик водитель старшина Шут Пантелей Алексеевич, командир орудия Иван Савельевич Троценко) подбил три танка, истребил в районе летнего театра взвод автоматчиков и три огневые точки.

Старший лейтенант Гаращенко вышел в контратаку на наступающего противника и совместно с пехотой отбросил его на прежние позиции, при этом уничтожил одно орудие, одно пулеметное гнездо, до взвода автоматчиков и взял в плен двух солдат и одного офицера. В этом бою комбат был ранен, но оставил поле боя только после приказания командования.

Командир взвода КВ лейтенант Иван Михеевич Косенков уничтожил и подавил две противотанковые пушки и вражеский танк, рассеял до батальона вражеской пехоты. В бою погибли смертью храбрых лейтенант Бабаев Василий Васильевич, старшина Шубин Иван Иванович, младший лейтенант Прокушев Александр Васильевич, смертельно ранен воентехник 2-го ранга Лаврентьев Михаил Петрович.

13 августа, в 04:15, части 60-й армии после обработки вражеской линии обороны артиллерией и авиацией начали наступление на рощу Фигурная. К 14 часам они овладели селом Подклетное, рощей Фигурная и вышли на шоссе «Воронеж – Подклетное».

В атаке 575-й стрелковый полк 107-й стрелковой дивизии поддерживает огнем 174-ю танковую бригаду. В это же время 121-я стрелковая дивизия повела наступление на участке больница, кирпичный завод, стадион «Динамо», улица Рылеева. Части 18-го танкового корпуса в это время находились в резерве в районе СХИ.

К исходу дня 13 августа и ночью 14 августа фашисты, подтянув резервы, перешли утром в контрнаступление на участке роща Фигурная и потеснили солдат 107-й сд, (командир полковник Дмитрий Феоктистович Дремин (в ноябре он снят с должности, так как не выполнил поставленную задачу по захвату шоссе, впоследствии Герой Советского Союза), полковой комиссар Сергей Степанович Копылов).

Группа автоматчиков просочилась в стык 303-й сд и 107-го сд и, зайдя в тыл, открыла огонь по наступающим пехотинцам. В течение дня 174-я танковая бригада отражала атаки противника, а затем, чтобы избежать потерь, была выведена по приказу командира 17-го танкового корпуса в район станции Рамонь.

В боях погибли начальник штаба бригады майор Самохин Владимир Александрович, его заместитель капитан Чернов Иван Петрович, смертельно ранены батальонный комиссар Устинов Михаил Матвеевич, командир батальона старший политрук Пашков Владимир Иванович и майор Самакин Владимир Александрович. Наши части отошли в роще Длинная. На помощь отступившим войскам спешит 392-й тб в составе двух рот Т-34 – 15 штук и роты Т-70 – шесть штук.

В 08:20 они, выстроившись в линию севернее Подгорное, двумя эшелонами – впереди «тридцатьчетверки», а за ними «семидесятки» – пошли в атаку. Враг встретил их сильным противотанковым огнем. Пехота залегла. Танки с ходу открыли огонь по врагу и ворвались в рощу Фигурная. Без прикрытия с флангов стрелковыми подразделениями, они два раза прочесали ее, уничтожая противника огнем и гусеницами. Воспользовавшись отсутствием пехоты, немцы большую часть танков батальона подбили и сожгли.

В бою вражеский снаряд попал в машину младшего лейтенанта Гурария. Раненый он её не покинул, продолжая вести огонь, поддерживая наступление. Вражеский снаряд попал в тяжелый неподвижный танк второй раз и еще ранил командира танка, но он не бросил машину, пока она не загорелась. В бою тяжело ранен майор Хачикян. В командование 393-го тб вступил старший лейтенант Дорошенко.

Оставшиеся танки вышли на шоссе, где были подбиты или сожжены опытным врагом, не имея прикрытия пехоты. 107-я дивизия отошла на южную опушку рощи Длинная.

После боя в бригаде остались только вышедшие из ремонта два Т-34 и танк командира бригады, которые окопались, чтобы вести огонь с места по роще Фигурная и безымянным курганам. Днем 14 августа фашисты подтягивали в рощу резервы, а танки вели по ним огонь.

Наши разведчики искали малейшую возможность для эвакуации подбитых машин. Им удалось вытащить два танка Т-34 и один Т-70. Попытка прорваться к танкам, находящимся на шоссе «Воронеж – Подклетное» окончились безрезультатно. Немцы открыли сильный автоматный огонь, ранив двух разведчиков, а двух саперов убили.

За три дня боев потери в технике в бригаде составили: сожжено врагом Т-34 -11 штук, Т-70 - пять, Т-60 - один, подбито два КВ, четыре Т-34 и один Т-60. Потери в личном составе в боевом журнале не указаны. Нет донесений о них и в архиве Министерства обороны. Вероятно, списки сгорели в танке начальника штаба. Нам удалось восстановить только часть имен погибших по извещениям.

В бою за рощу отдали свои жизни механик-водитель старший сержант Ленчиков Иван Григорьевич, командир танка младший лейтенант Часнык Иван Кузьмич, лейтенант Моисеев Кирилл Моисеевич, младший политрук Бахарев Сергей Алексеевич, военный комиссар 393-го тб Коровкин Николай Федорович. А лейтенант Коган Шевель Фроимович, старший сержант Ивахно Лазарь Петрович и красноармеец Чиранев Никифор Васильевич умерли от ран, полученных в сражении. До 18 августа бригада, находясь в обороне, восстанавливает технику.

Самоотверженным трудом ремонтных бригад к вечеру 17 августа восстановлено 16 штук КВ, четыре Т-34, один Т-70 и десять Т-60. Работа велась круглосуточно.

По официальным данным боевого журнала бригады, в боях за рощу убито 47 человек и пропало без вести 87 танкистов. Фамилий солдат и офицеров нет. Отсутствуют сведения о потерях других подразделений, входивших в бригаду.

В боях танкисты уничтожили девять танков, два дота, двадцать ПТО до двух батальонов пехоты. Большое количество потерь заставляет командование 28 августа организовать в районе восточнее учхоза, один километр, кладбище для погребения убитых. Ответственным назначен военный инженер 3-го ранга Некрасов. На нем похоронены командир взвода лейтенант Корнев Михаил Иванович, старший механик водитель Фиргер.

Сегодня эти места решили застраивать жилыми домами.

Бригада после боев переходит к обороне. Находясь в лесу, недалеко от санатория имени Горького, она готова в любой момент вступить в бой. 31 августа возвращается в часть после ранения начальник штаба майор Гольдберг.

За короткими строками боевых донесений стоят судьбы тысяч защитников нашего города. Из имен, упоминавшихся в этой статье, 90 процентов не увековечены в нашем городе. Такая же ситуация и по другим частям, особенно пехотным. Пусть наше повествование об этих людях станет небольшим шагом к сохранению памяти о них.

Накануне празднования 70-летия Победы, мы обратились с предложением к главе Воронежа Александру Викторовичу Гусеву объявить эту территорию мемориальной зоной и со временем открыть там музей под открытым небом. С восстановленной линией фронта: окопами полного профиля, отдельными ячейки для стрелков и автоматчиков, ходами сообщений, блиндажами. Здесь можно было бы проводить военизированные игры, проводить экскурсии, а детям и взрослым – увидеть окопы врага из советских оборонительных укреплений. Проходя по ним, возложить цветы к мемориальным доскам, где будут выбиты имена защитников.

Нас поблагодарили, обещали рассмотреть наше предложение, но, видно, наши мысли о создании, говоря современным языком военного туристического кластера, которого не имеет ни один город страны, остались невостребованными.

Большинство жителей города считают, что обильно политая кровью защитников Воронежа должна быть объявлена мемориальной, заповедной зоной. Территорией нашей памяти.

Ветераны войны уходят, но остается их завещание о строительстве Линии ратной славы, которое обязаны выполнить их потомки.

Одержат ли горожане Победу над беспамятством, стяжательством, прикрываемыми красивыми лозунгами уничтожением памятников нашей истории?

Ответ на этот вопрос зависит не только от чиновников и партийных функционеров, но и граждан нашего города с активной жизненной позицией.

Карта боев за рощу Фигурная

Роща Фигурная посередине. Длиная – вверху

Роща Фигурная в левом нижнем углу. Длиная – в левом верхнем

[Игорь Ник]

Спасибо за интересную информацию! В 1985 году, выйдя из трамвая за одну остановку до Областного роддома, недалеко от остановки, там, где сейчас уже давно разросся посёлок Подгорное, среди угадывающихся траншей и блиндажей (хотя была зима), увидел одинокий солдатский столбик со звездой. Время не было к нему подойти по-ближе и до сиг пор мучает вопрос, чья это была могила? Может быть из старожилов кто-нибудь помнит?

[vik 01]

Коммуна, 29 января 1970 года.

[Серго66]

Беженцы из Воронежа по мосту в районе Орловки переходят Дон

[Серго66]

Разрушенный цирк на Плехановской

[Серго66]

Woronesch 1942

[Серго66]

Lenin Haus

[Серго66]

Храня свои денежные средства в Сберегательной кассе ты активно помогаешь фронту

[Серго66]

Кстати, на наш плакат был наклеен какой-то немецкий приказ, который был затем сорван.

[Игорь Ник]

На мой взгляд, интересная статья. Сканировать не получилось. Выкладываю фотографию.

[тРаКтОрИсТ]

Сорри, если не в этой теме, где можно посмотреть про боевой путь 41 Воронежского штурмового авиаполка летом 1942г.?

[Одесса алексей]

Сообщение от тРаКтОрИсТ

Сорри, если не в этой теме, где можно посмотреть про боевой путь 41 Воронежского штурмового авиаполка летом 1942г.?

Военно-исторический архив 2013 №11 -Г.Плахотнюк "Ул.летчикаЗамкина"

[тРаКтОрИсТ]

Поясню. На Олипмпике найдены остатки Ил2, в тч и его номер. Хотелось бы выяснить, какого он подразделения, и , по возможности, в дальнейшем установить судьбу экипажа.

[Игорь Ник]

Сообщение от тРаКтОрИсТ

Поясню. На Олипмпике найдены остатки Ил2, в тч и его номер. Хотелось бы выяснить, какого он подразделения, и , по возможности, в дальнейшем установить судьбу экипажа.

Так бы сразу и написали. Сами Вы этого установить не сможете, как бы не старались. Обратитесь на форум WW2 (придётся зарегистрироваться), написать в нужном разделе, и Вам там всё расскажут.

Да, хочу ещё уточнить. Обратитесь в официальную (!) поисковую организацию. Они направят запрос в Мин. Обороны. Только так и никак иначе.

[Одесса алексей]

Господин ТРАКТОРИСТ. Зайдите на сайт "Тризна" раздел Авиация.

[тРаКтОрИсТ]

На ВВ2 зарегистрирован лет 5, обращение давно висит, откликов 0. Специфика там такова, что по самолетам в основном люди с Кубани и севера (Псков, Новгород). Так что по Воронежу шанс мизерные. А вот за Тризну спасибо! Про нее я что-то забыл.

[salex]

тРаКтОрИсТ, попробуй сюда, там большие специалисты

https://vif2ne.org/nvi/forum/2/0.htm